Международный фестиваль театров кукол «Вятка – Город Детства!» - 2016



С 21 по 25 сентября 2016 года на базе нашего театра прошел III Международный фестиваль театров кукол «Вятка – Город Детства!» при поддержке Министерства культуры Кировской области, местного отделения СТД России и фабрики игрушек ОАО «Весна».

В эти дни театр кукол принял гостей из разных городов России, а также ближнего и дальнего зарубежья. Жюри фестиваля:

Николай Петрович Наумов, декан факультета театра кукол Российского государственного института сценических искусств, профессор, Заслуженный работник культуры РФ. Железкин Станислав Федорович, народный артист РФ, художественный руководитель – директор Мытищинского театра кукол «Огниво», член Совета по театрам для детей и театров кукол СТД РФ, сопредседатель правления ЦДРИ, Президент Российской ассоциации «Театр кукол – XXI век», советник от России при Генеральном секретаре UNIMA (Международный Союз кукольных театров). Платонов Виктор Леонидович, театральный художник-постановщик, сценограф, заслуженный художник Российской Федерации, лауреат Премии «Золотая маска», член Союза театральных деятелей России, главный художник Московского Детского Театра Теней.

В добрый путь – счастливого плавания фестиваль!


Ровно в 11. 00.  21 сентября 2016 года на театральной площади у фонтана собрались все десять команд театров кукол, прибывших на фестиваль. Фонтан журчал. Небо доброжелательно хмурилась. Духовой оркестр под управлением Владимира Семишкур колледжа музыкального искусства, сияя осенней медью, настраивал собравшихся на праздник! Фонтан – это символично! Раздался трубный глас, и живая вода праздника выплеснулась на улицы Кирова и потекла шумным, веселым потоком по Московской в сторону театра кукол имени А. Н. Афанасьева.

Впереди праздничной колонны печатал шаг духовой оркестр, четко подчиняясь тамбурмажорскому жезлу, во всю выдувая «Веселый марш» Шаинского. А за ним, весело приветствуя почтенную публику, по улице шли гости и участники фестиваля, приехавшие к нам из разных городов России, ближнего и дальнего зарубежья.

Флотилия кораблей-театров отправилась в плаванье! Италия крутила на асфальте гимнастические колеса. Башкирский театр кукол блистал яркими национальными костюмами. Краснотурьинск отличился огромной ростовой куклой «Бурундук», символом своего уральского города.

Девушки в тельняшках, высоко поднимая таблички-флажки с названиями театров-гостей, дружно улыбались всем зевакам. «Да здравствует международный фестиваль «Вятка – Город Детства!»  - возглашал распорядитель шествия Александр Бояринцев, перекрывая мегафоном голосистую медь.

Артисты в театральных костюмах зверей, космонавтов, принцесс и клоунов, зазывали на фестивальный праздник всех прохожих, поднимая общее добродушное настроение. Красота! Было жаль, что только-только разогнались, только-только растолкали смехом на небе серые тучки, как уже и пришли.

На ступенях театра кукол имени А.Н. Афанасьева, в фестивальной гавани флотилию кораблей-театров уже ждали, радостно встречали Отец Лангрен (артист Андрей Огородников) и Ассоль (артистка Надежда Чеблукова). Сигнальщики, артисты и юные таланты из театральной студии «ЗА-БА-ВА»), указывали им правильный путь к празднику. Заблудиться было невозможно, разве лишь среди улыбок и добрых приветствий.

Вдруг трубы смолкли и голос Ассоль зазвенел над мачтами: «А где же мой корабль с алыми парусами?» И тут поднялся ветер, разыгрались, расплясались бурные «волны» (танец с белыми и синими полотнами исполнили артистки: Анастасия Ребеза, Ульяна Синицына, Анастасия Овсянникова и Снежанна Белозерова), разгулявшуюся было стихию быстро укротили отчаянные матросы (артисты: Дмитрий Троицкий, Сергей Трусов, Владимир Хлопов, Михаил Николаев) – и тотчас появился из-за театрального горизонта корабль с алыми парусами!

И перед восхищенной Ассолью предстал со штурвалом в руках сам капитан Грей (артист Михаил Никулин). Они встретились! В тот же миг всех собравшихся накрыло широкой радостной волной. Шум, смех, барахтанье! Краснотурьинскому Бурундуку срочно пришлось научиться плавать.

Но тут капитан Грей грустно улыбнулся и сказал: «Многие любят сказки, но мало кто в них верит!» Потом чуток помолчал и громко крикнул: «Эй там, на кораблях, вы верите в сказки? Вы готовы со мной и Ассоль отправиться в плаванье по крутым волнам фестиваля!».

«Да! Да! Да!  - раздалось в ответ со всех сторон. – Мы готовы!»

Встреча в фестивальной гавани команд-театров состоялась. Плывем дальше!

Но этот удивительный пятидневный поход в сказочную страну Театра не состоялся бы, если бы кораблям-театрам не помогло правительство Кировской области, поэтому на капитанский мостик Грей пригласил министра культуры Кировской области Андрея Скального.  Министр был краток:

Поздравляю всех гостей и участников с открытием фестиваля театров кукол! Я счастлив, что он состоится. Желаю всем удачи, творчества и все пять дней радовать зрителей! Счастливого плаванья, фестиваль!

Официальных лиц, поздравлявших с началом фестиваля, было немало, но больше всех запомнились трогательные слова одного из членов жюри - Станислава Железкина:

Я хочу пожелать, чтобы на этом фестиваль объединились сердца всех: детей, взрослых и артистов! Виват, фестиваль!

И вновь зазвучал веселый марш и над головами собравшихся взвился фестивальный флаг. Раздалась команда: «Поднять паруса!» В добрый путь корабли-театры. Отдать швартовы, полный вперёд!

 

День первый

В первый день на фестивальной сцене были представлены два спектакля: на большой сцене - «Волшебник Изумрудного города», театра кукол из Уфы и на малой сцене «Серебряное копытце», театр кукол «Складной жираф г. Санкт-Петербург.

«Серебряное копытце»

Молодой, но сразу ярко заявивший о себе, творческий коллектив из Санкт-Петербурга показал кировским зрителем спектакль по известной сказке Бажова «Серебряное копытце». Это волшебная история о девочке, которой за доброе сердце было дано прикоснуться к Чуду; история о том, что Природа (да, вот так вот – с большой буквы!)  хранит в себе бесконечные тайны и награждает тех, кто не врывается в ее сокровищницу, как хищник с динамитом и бензопилой.

Режиссер-постановщик спектакля Григорий Лайко, он же и единственный артист, попеременно игравший за всех героев постановки, «один за всех»: старика Кокованю, девочку Даренку, кошку Муренку, старуху, детей, волшебного козлика - не стал мудрствовать, а рассказал историю уральского сказочника как есть, предоставив зрителям радость узнавания бажовского текста в своей первозданности. Московская актриса Татьяна Камнева, озвучившая текст, подобрала удивительно полное голосовое соответствие для передачи таинственного сказочного повествования. Станислав Железкин, член фестивального жюри, народный артист РФ, Президент Российской ассоциации «Театр кукол – XXI век», советник от России при Генеральном секретаре UNIMA – емко сказал о ее работе: «Очень точная интонация актрисы не нарушает прием домашнего спектакля».

Спектакль «Серебряное копытце» необычен по своей структуре и исполнению. На сцене зрители не увидят привычных декораций. Он изначальной создан для малой сцены и наполнен домашним уютом, теплом от печки и тихим светом сельских зимних вечеров. Умиротворяющая, ласковая энергия спектакля очаровывает зрителя с первых минут и не оставляет до последнего слова, жеста, движения.

Почти треть пространства на сцене занимает ярко освещенная книга. Спектакль начинается: артист открывает книгу и взорам зрителей предстает первая сказочная картина: бревенчатая изба с печкой, девочкой, и неугомонным мальчишкой, гоняющим кошку со свистом. Книга-театр, панорамная книга. Всего таких объемных, красочных «страниц» в книге шесть. Они открываются и закрываются по мере продвижения сказки. Каждая «страница» выполнена детально и искусно, так что ее можно просто разглядывать, как симпатичную, ожившую картинку.

Особо стоит сказать о куклах-марионетках. Они прекрасны! Каждую можно просто отдать на выставку, первые места будут обеспечены или поставить их дома на видное место для любования. Умные, красивые, даже и не лица, а бажовские лики, заставляют вспомнить зрителей о внутренней красоте человеческой, о соответствии земного и небесного в себе. А то, что эти куклы, технически, еще и марионетки говорит о большом профессионализме актера. Сегодня такая кукла не частый гость в театре кукол! Это серьезный плюс спектакля.

Но и на этом чудеса книги-театра не заканчиваются. Ее открытая обложка становится экраном для цветного театра теней, благодаря которому показывается немалая часть сценического действия. Этот метод театрального минимализма тоже впечатляет. Ничего лишнего, все идет в горнило творчества. 

И завершается спектакль под стать началу: необычно и проникновенно. Артист-сказочник раздает прямо со страниц волшебной книги детям сокровища, драгоценные камешки хризолита, что оставил девочке Даренке козлик с пятью веточками на каждом роге. Сказка приходит в реальность. Верится, что ребенок, зажав в кулачке этот небольшой дар, запомнит об этом чуде навсегда и не станет грубо вырывать «страницы» из живой Книги Природы.
В афише театра «Складной жираф» спектакль «Серебряное копытце» пока единственный, но кировские зрители уже поняли – этот театр многообещающий и мы не раз еще услышим о его талантливом, дружном коллективе много хороших и сердечных слов.

Создатели спектакля

Режиссер-постановщик: Григорий Лайко

Художник-постановщик: Мария Мурашова

Музыкальное оформление: Григорий Лайко

Актеры:

Голос книги: Татьяна Камнева

Исполнитель: Григорий Лайко

Волшебник изумрудного города

Сказочная история о странствиях в волшебной стране девочки Элли со своими необычными друзьями, рассказанная театром кукол из Уфы, трогает сердце своей выразительностью и искренностью. Тем более, что уфимский вариант «Волшебника» - это вполне классический спектакль театра кукол - с ширмой, с тростевыми куклами, со множеством песен, музыки, театральными эффектами, дымом, светящимися в темноте масками и синим топором (бой Дровосека с волками).  Сюжетная линия в уфимской постановке мало отличается от литературной основы и не теряет стройности, за исключением нескольких малозначащих эпизодов.

История канзасской девочки Элли хорошо известна кировским зрителям: ее вместе с собачкой Тотошкой ураганом уносит в неведомую страну. Добрая волшебница Виллина открывает девочке старое предсказание: чтобы вернуться домой она должна помочь трем существам, у каждого из которых должно исполнится заветное желание. И в этом им должен помочь волшебник Гудвин, живущий в Изумрудном городе. Иначе никак! Элли отправляется по дороге из желтого кирпича на поиски Гудвина и встречает в пути трех существ: Страшилу, Железного Дровосека и Льва. И какое везенье – у всех у них есть заветное желание! Страшила мечтает о мозгах, Железный Дровосек – о сердце, а Лев – о храбрости, ибо с детства был труслив и робок. 

Уфимский театр использует в спектакле тростевые куклы. Это просто и непросто. Артисты работают с куклами отлично! Во всех сценах зрители не видят никакого мельтешения, у кукол не мотаются в разные стороны руки и ноги, все грамотно и технично. Каждого персонажа можно хорошо рассмотреть.  Станислав Железкин, член фестивального жюри, высказался о профессионализме уфимцев так: «Они работают с куклами блистательно!» А конкретно о народном артисте РФ и народном артисте РБ Ахметшине Айрате он сказал: «Это мастер высочайшего класса! Айрат знает, ради чего выходит на сцену. Дайте ему простую палку, он увлечет зрителя, заставит зрителя плакать и смеяться».

Пьеса по книге Волкова требует неустанного движения, динамизма и в спектакле, за исключением небольших моментов, это происходит; действие, история странствия девочки Элли с новыми друзьями разворачивается на сцене стремительно. И вот мы уже не успели оглянуться, а Страшила проявляет чудеса мозговитости, железный Дровосек – сердечности, спасая своего соломенного друга из реки, Лев – обнаруживает завидную храбрость в битве с саблезубым тигром. А девочка Элли, конечно, воодушевляет своих друзей, верит в их ум, сердечность и смелость!  И оказывается, как это важно, когда кто-то верит в тебя, говорит: иди вперед, не сдавайся.

Как существенно для ребенка, когда родители, близкие, не обжимают его душевный кругозор, не втискивают его в рамки своих поведенческих стереотипов, дают свободно и верно развиваться его уникальной личности.  «Почему ты трус?» - спрашивает Элли у Льва.  «Я таким родился!» – отвечает Лев. Элли не спорит со Львом, она просто знает, что в трудную минуту Лев не подведет, ведь друзья всегда друг другу помогают. Герои спектакля нацелены на дружбу, на самопожертвование ради других. Вместе мы сильнее, сильней самих себя, трудных обстоятельств, злой волшебницы Бастинды. Они говорят: лучше умереть, чем жить без Родины, лучше умереть, чем жить без ума и сердца, лучше умереть, чем всю жизнь трястись от страха.

И весь нравственный пафос, положительный заряд уфимского спектакля именно в этой самостийной и свободной от лжи системе координат. Поэтому не случается беды, когда выясняется, что Гудвин никакой не великий волшебник, а совсем обычный человек. Главное, учат нас герои спектакля: вера в себя, в свои силы, в своих друзей.

Не секрет: большинство визуальных образов, связанных с волковской Волшебной страной, так или иначе ассоциируются у зрителей с прекрасными иллюстрациями Леонида Владимирского, и сравнения с ними не избегает ни одно художественное воплощение этой сказки на сцене.  К чести художника спектакля Анисы Туманшиной, костюмы и декорации получились не менее удачными и запоминающимися, но хорошо, что она сохранила традиционные  образы персонажей.

Красочные костюмы и декорации, световое сопровождение спектакля, визуальные спецэффекты, летающие обезьяны и особенно превращения волшебника Гудвина — все это заставляет детей неотрывно следить за действием от первой до последней минуты. Свою долю очарования в этот спектакль вносят и прекрасные песни на музыку композитора Урала Идельбаева.  

 

Создатели спектакля

Режиссер - Альберт Имамутдинов

Художник - Аниса Туманшина

Композитор - Урал Идельбаев

Актеры:

Элли – Виктория Щербакова

Тотошка – народная артистка РБ Антонина Заяц

Страшила -   заслуженная артистка РБ Альбина Шумячер

Дровосек – Александр Верхоземский

Лев – заслуженный артист РБ Виталий Щербаков

Гудвин – народный артист РФ и народный артист РБ Айрат Ахметшин

Виллина – заслуженная артистка РБ и заслуженная артистка Республики Крым Ольга Дудка

Гингема, Бастинда -  народная артистка РБ Ольга Шарафутдинова

Андрей Антонов

 День второй

 

22 сентября второй фестивальный день начался показом спектаклей: «Волшебное кольцо» (г. Тюмень) и «Сказка о рыбаке и рыбке» (г. Волгоград) - удивительно, необъяснимо, но так получилось, что один спектакль продолжал другой; в первом появились вопросы, а во втором - зрители получили ответы. Из этого вывод: важно ходить на все фестивальные показы! 

«Сказка о рыбаке и рыбке», Волгоградский театр кукол

Начнем издалека, только так нам станет понятен замысел режиссера спектакля Павла Овсянникова.  Сказку Пушкин написал в 1833 г. Сюжет поэт взял у братьев Гримм из померанской сказки «О рыбаке и его жене».  Свободно переделывая сказку, Пушкин заменял западноевропейский колорит народным, русским. Вероятно, поэтому он исключил из окончательной редакции эпизод о старухе, ставшей «римской папой». Эпизод этот находится в немецкой сказке, но он слишком противоречит русскому духу, приданному сказке в ее пушкинском переложении.

Для нас, современных читателей, привыкших к сказкам Пушкина с раннего детства, как-то странно слышать, что в оригинале старуха хотела стать «римским папой». Более того, у Братьев Гримм старуха не больше, не меньше хочет стать самим Богом. Это логичное продолжение всякой человеческой гордыни, не имеющей внутренних тормозов и надеющейся почему-то на вечную халяву, но на сказку это уже совсем не похоже, скорей на какую-то притчу.  И заметим: сказка у Пушкина и спектакль волгоградского театра кукол называются одинаково – «Сказка о рыбаке и рыбке», о старухе в названии - ни слова, она не главный персонаж сказки.

Общеизвестно, что поэт свою сказку изначально хотел включить в состав «Песен западных славян», весьма суровых и трагичных. С этим циклом сближает сказку и стихотворный размер. Это значит, что она написана Пушкиным не для детей! Текст сказки и вся душевно-нравственная драма, переживая стариком в одиночестве, в полной мере понятна только для взрослого читателя. Ребенок может отвращаться от злой старухи, сочувствовать бедному старику, но разгадать: почему старик бесконечно выполнял требования вздорной бабы, почему он так тупо докучал просьбами Золотой Рыбке до самого конца, детский ум вряд ли сможет, да и не должен.

Для нас главное, что Пушкин написал свою сказку для взрослых, что ее содержание далеко недетское и смысл сказки вовсе не в прямолинейном наказании старухи-самодурки. Поэтому совершенно оправданно режиссер Павел Овсянников, смыкая текст с детским восприятием, ввел в спектакль еще одного персонажа, которого нет у Пушкина – Рыжего Кота. Этот веселый Рыжий Кот доставляет детворе немало веселья: он лезет куда не надо, целуется с Золотой Рыбкой, вечно нервирует Старуху, строит рожи, везде и всегда сопровождая Старика.

Для взрослых этот усатый персонаж бесполезен, он совершенно лишний, никчемный. Для детей – иное. Благодаря Рыжему Коту, ребенок легко включается во внутреннее пространство сказки, ему становится нетрудно следить за сказочными событиями и быстрой сменой душевных переживаний ее героев. Другими словами, ребенок, словно оказывается внутри сказки, и поэтому показанная артистами история запоминается сильней, становясь частью сердечного опыта. Этой же эмоциональной буферизации служат в спектакле персонажи Шарманщика и Скомороха, которые помогают маленькому зрителю воспринять пушкинский текст во всей его жизненно-словесной глубине.

«Сказка о старике и рыбке» для зрителей, буквально, начинается на базаре. Утро. Торговля в самом разгаре. На базарную площадь въезжает здоровенная шарманка-повозка (она превращается потом в ширму), выходит Шарманщик, заводит свою механическую музыку и начинает детям рассказывать сказку с прибаутками, с песнями и веселыми плясками. Ему в этом помогают базарные торговки и Скоморох. Таким простым способом режиссер, пассивных зрителей мгновенно превращает в деятельных участников разыгрываемой пьесы. Это, конечно, известный театральный прием, но он работает и при чем в детском спектакле – всегда.

Артисты, игравшие «живым планом» перед ширмой-шарманкой, работали так точно и органично, что честное слово, казалось они так и родились на базаре – шарманщиками и скоморохами. В другой роли их трудно представить, хотя, разумеется, это просто способность таланта убеждать зрителя в том, что он слышит и видит.

Старик и Старуха в разработке художника спектакля Любови Запускаловой получились запоминающимися: Старик- седой лунь с удивленными глазами, Старуха – вздорная бабенция с большим, толстым носом. Что-то неуловимо смешное сквозило во всех ее кукольных чертах. Актриса Татьяна Катулина, голосом и движениями куклы вылепила скоморошный характер Старухи еще более четко и выпукло. Поэтому совершенно уместно в некоторых эпизодах спектакля Старуха была откровенно забавна и нелепа, как, например, в сцене, когда получив от Золотой Рыбки новый дом, она забирается на крышу, проваливается в печную трубу, а выходит из дверей дома - с лицом  в черной саже! Таким приемом режиссер подчеркивает неумность Старухи, готовя зрителей к финальной сцене расплаты и раскаяния. Насчет раскаяния - не преувеличение. Спектакль завершается не так как сказка Пушкина, то есть полным обломом для Старухи (но не для Старика!)  и возвращением к «разбитому корыту». Потому что это не детский финал. В последней сценке спектакля Старик и Старуха, не говоря лишних слов, обнимаются, прощают друг друга, словно готовые начать семейную жизнь с нуля. Получится у них – это уже другой вопрос. Но Рыжий Кот им явно в этом поможет.

Само море в пушкинском тексте, по мере того как растет самодурство старухи, меняется. Поначалу «слегка разыгралось», затем «помутилось», далее – «не спокойно синее море». Наконец «почернело синее море», «так и вздулись сердитые волны». Все эти морские перемены были прекрасно отражены в сценографии спектакля: менялся цвет ширмы, взбучивались «волны», темнела Рыбка Золотая от гнева. Особенно потряс зрителей образ Старухи, когда Старик пришел просить Золотую Рыбку, чтобы она сделала его жену Владычицей Морскою.

Словно из глубин морских поднялось высоко над сценой круглое и бледное лицо Старухи с шевелящимися осьминожными щупальцами вместо волос. Она была очень похожа на древний образ Медузы Горгоны. Думаем, что это сходство было неслучайным.  И это было для взрослых. Медузой –холодной и злой – вот какой стала старуха за короткое время своего земного владычества. Ведь она по мере своего возвышения становится всё более злобной и жестокой: мужа бьёт по щекам, а слуг, «за чупрун таскает», смиренного Старика «на конюшне служить послала». А уж войдя в роль царицы, она и вовсе бедного рыбака «с очей прогнать велела», а стража его «топорами чуть не зарубила». Вот и стала она внутри себя носителем Злобного Существа, что так явственно показано было в спектакле в страшном образе Медузы Горгоны. Но и здесь режиссер не перешел эмоциональной грани, не стал пугать детишек правдоподобными визуальными кошмарами. Это намеки о бедственном состоянии старушечьей души были понятны только взрослым, на втором культурном плане образа, а на первом - было все довольно просто и даже немного смешно: толстоносая, глупая старуха, ходит-летает над волнами с голубыми осьминожками на голове.

Детишкам повезло с театральным прочтением «Сказки о рыбаке и рыбке» режиссера Павла Овсянникова.  Спектакль учит ценить то, что есть в жизни. Если же хочется чего-то большего, то только заработанное своим трудом приносит пользу и счастье. Доставшееся просто так, теряется так же легко, как и появляется.

Создатели спектакля

Режиссёр-постановщик: Павел Овсянников

Художник-постановщик: Любовь Запускалова

Музыкальное оформление: Александра Кошечкина

Актеры:

Шарманщик – Заслуженный артист РФ Александр Вершинин

Старик -  Владимир Ташлыков

Старуха – заслуженная артистка РФ Татьяна Катулина

Кот – Наиля Орлова

Рыбка – Ольга Молодцова

Скоморох - Александр Лазаренко

«Волшебное кольцо», Тюменский театр кукол

Об авторе сказки Борисе Шергине хочется сказать особо. Скорей всего не будет преувеличением, если назвать его одним из великих сказочников 20-го века. Его любили люди самых разных сословий и званий, а злые колдуны - боялись, это звучит тоже вполне сказочно. Удивительно, что в советское время его духовные, светоносные сказы получили такое широкое распространение.

Художественный язык сказок Шергина, говорок его героев, глубина проникновения в народную культуру навсегда останутся в сокровищнице русской литературы. Кто не помнит чудесный мультфильм по шергинской сказке «Волшебное кольцо», созданный Леонидом Носыревым?  Он вошел в золотой фонд российской мультипликации, мы все помним из него крылатые словечки: «Ваня, я Ваша навеки», «Незалюбила мамка ужика» и другие. Образы его героев, их интонации незабываемы и преследуют новоявленных постановщиков по пятам. Поэтому нужно обладать определенной творческой смелостью, чтобы сделать спектакль по знаменитой сказке и не оказаться в числе подражателей «Союзмультфильма». Режиссеру-постановщику Сергею Грязнову это удалось! А помогли ему воплотить свой замысел на сцене художник Сергей Перепелкин и плеяда талантливых артистов Тюменского театра кукол. В театре, как в битве – один в поле не воин.

  

Итак: Тюмень. Зима. Падает снежок. На круглой земле стоит косенькая избенка. Светит месяц ясный. И вдруг – музыка, свет! – на сцену с шумом, с посвистом выходят юноши и девушки, затевают хоровод, поют и пляшут – веселая сказка начинается! В театре кукол такой выход артистов-кукольников называется «живым планом» и он получился, действительно, живым, ярким, незабываемым.  Кроме того, большое впечатление осталось от техники кукловождения, куклы между двух ширм, двигались, бегали, взмахивали руками, кивали, носили воду в ведрах, топили печку, как живые человечки. Куклы «оживали» в талантливых руках артистов.

Сам сюжет сказки прост, как и положено для сказки: бедный Иван, живущий с Мамкой, хочет потешить ее печатными пряниками в «аминины». Он идет на базар, но по пути встречает негожего мужичонку, терзающего собачку. Иван отдает за собачку свою шапку. Но неугомонный мужичок вновь появляется на пути, удавливая кошку. Иван спасает кошку, снимая валенки. Идет дальше босой, вот уж и базар близехонько, но мужик Купи-Продай запускает в небо живую змеюку.  Жалко становится Ивану несчастную змейку, и он отдает мужичку свой «тулуп с карманами».  Пригрел Иван змею на своей груди. Вертается Ваня домой со всеми тремя животинками; мамка, как увидела змею тотчас в печку залезла и заслонкой прикрылась! Эта веселая сценка запомниться зрителям надолго. Сидит Мамка в печке, чуть не плачет, да делать нечего – дело сделано! Всех животинок она приветила, приласкала, только змею Скоропею «незалюбила».  Но чудеса приходят откуда не ждешь: оказалась змея не простой, а родной дочерью самого змеиного царя. За доброту подарила она Ивану волшебное кольцо, сфотографировалась с ним на память и унеслась с помощью отцовских клевретов в свое змеиное царство-государство. Прощай, Скоропея!

 

Все, желания человеческие волшебное кольцо исполняло. И Иван – пожелал от души! Сначала поскромничал и попросил у кольца, как Старуха из сказки о Золотой Рыбке «новое корыто», но пока только насущное и необходимое: амбар с мукой, избу справную, самовар с баранками, сахару «Рафинаду», Мамке обновку и шляпку с перьями, себе «пинжак» моднячий и картуз новый, а зверюшкам – одежку и вкусностей всяческих. Молнией выскочили три добрых молодца из ларца, как из-под земли, на зов Ивана, сосчитали на счетах все его хотения и исполнили в один миг. Проснулась мамка на печи в шляпе с перьями, хоть от счастья пой и кричи - не поверите! И снова на сцене песни и пляски от души.

 

Этот эпизод спектакля стоило бы увековечить, хотя бы… в шоколаде! Столько в нем было сердечного тепла, искренности, радости, что верилось – артисты жили в спектакле, они сами оказались в сказке. Такое не сыграешь - а в куклах это еще сложнее показать! -  если не прочувствуешь на самом деле, не проживешь вместе со своим героем его историю.

Расшевелился Иван в желаниях, дым коромыслом пошел, «потемнело синее море», послал он Мамку в царский дворец свататься к царской дочке Ульянке.  Пришла Мамка во дворец, посмеялись над ней царь с царицей, говорят, выдадим замуж за твоего крестьянина Ивана нашу дочку коли он за ночь построит хрустальный мост «анженерной системы» до царского дворца.

Утром проснулись царь с царицей, глядь, а по хрустальному мосту к ним Иван едет на чудном двухколесном самокате (мотороллере) и песню поет. У Шергина в сказке Иван за царской невестой приезжает на «самосильной машине», красиво написано, ничего не скажешь. Но этот мотороллер небесно-голубого цвета, взявшийся откуда-то из шестидесятых советских времен, кстати, и радиоприемник «Спидола», что слушает царь перед приходом Мамки - совсем не разрушают сказочную атмосферу спектакля, а напротив, добавляют к ней обаяние, как-то по-детски детализируют, наполняют технической связью с прошедшей реальностью, которая в некоторым смысле тоже превратилась для целого поколения в сказку.

И звучит знаменитое: «Ваня, я Ваша – навеки!» Царская дочка Ульянка выходит замуж за Ивана, из рода крестьянского. Шумит, гудит царская свадьба, веселится народ на хрустальной мосту, топочет по нему, что есть мочи. Кошка Маха и собачка Жужа хвостами машут. Но недолго семейным счастьем упивался Иван, выведала у него хитрая Ульянка секрет волшебного кольца, выкрала его ночью и с помощью трех молодцов перенесла хрустальный мост в город Париж к своему тайному Хахалю!

Проснулись утром царь с царицей - нет моста, Ивана с Мамкой тотчас под стражу да в темницу. Пожалуйте, люди добрые к «своему разбитому корыту».

Но человеческое милосердие, даже ради несмышленой твари сотворенное, никогда не забывается, светом аукается, говорит нам Борис Шергин и повторяют за ним в спектакле «Волшебное кольцо» его маленькие, несущественные герои. Кошка Маха и собачка Жужа отправляются на мотороллере в Париж – вернуть Иваново кольцо!

И у них все получается. Ульянка мечется в бешенстве. Хахаль ноет. Сирена воет. Погоня, погоня! Мотороллер с Махой и Жужей дико мчится домой, жутко трясется на дорожных ухабах, но кольцо крепко зажато в лапах. Эта сцена утекания из Парижа четвероногих друзей от царской дочки получилась, наверное, самой яркой и запоминающейся в спектакле. И понятно почему – нечеловеческие подвиги всегда остаются в памяти.

Хрустальный мост возвращается к царю вместе с непутевой дочкой. Мамка и Иван прощены и отпущены домой, можно бы и дальше помечтать, пожелать Ивану самому царем стать? Но опыт темного каземата, погружения внутрь себя не проходит для Ивана бесследно. Он освобождается от волшебной власти кольца и возвращает его змее Скоропее. «Свое счастье я сотворю сам!» - говорит он и вместо царской дочки берет из родной деревни в жены добрую, приветливую девушку Марьюшку. «Главное, чтобы в семье были мир и лад!»

Режиссер Сергей Грязнов изменил привычный нам конец шергинской сказки. Он считает, что детей надо научить жить своим умом, не рассчитывая на чудеса. В спектакле, как мы увидели, Иван без всяких тяжелых душевных мук возвращает дочери змеиного царя волшебное колечко, которое сулило простому парню безбедную и лёгкую жизнь. Он сделал свой выбор! "Я поставил много спектаклей о неизгладимой любви русского народа к халяве, — поделился режиссёр. — Хотелось бы поставить в этом точку. Пора что-то самим начинать делать! Это моя принципиальная позиция".  

И снова свадьба! Пир на весь мир! Все актеры выходят на сцену и спектакль завершается песнями и грандиозным  танцем - праздничным и искрометным.

Большой плюс спектакля  оригинальное музыкальное сопровождение. На протяжении всего действа лейтмотивом звучит песня «Як-сяк мне до вечера дожить?», взятая из коллекции нашего ансамбля «Росстань». Этот коллектив за 25 лет объездил с экспедициями весь юг Тюменской области, собирая образцы народного фольклора. Тюменскому театру кукол приглянулась песня, бытовавшая в Викуловском районе. Её с артистами разучивала старший преподаватель кафедры народного пения ТГИК, солистка и художественный руководитель фольклорного ансамбля «Росстань» Руслана Лосева.Два  месяца она наставляла актеров-кукольников, как  петь традиционную песню, бытовавшую в  Тюменской области. И что же? Славно получилось! 

Создатели спектакля

Режиссёр: заслуженный артист РФ Сергей Грязнов

Художник: заслуженный работник культуры РФ Сергей Перепёлкин

Музыкальное оформление: Ольга Двинина

Текст песен: Анна Ганичева

Артисты

Иван – Вадим Ерёменко

Мужик Купи-Продай, Царь, Трое из ларца – засл. арт. РФ Юрий Фёдоров

Ульянка, Марьюшка – Евгения Глухих

Мамка – Анна Ганичева

Кошка Маха, трое из ларца – Александр Бердников

Жужа, трое из ларца – Александр Ганичев

Царица – Ольга Грязнова

Скоропея – Надежда Нестеренко

Хахаль, трое из ларца - Антон Нестеренко

День третий

Третий день фестиваля, казалось бы, поднявшись на праздничную середину, должен немного сбавить свои обороты, но нет, ничего подобного не происходит. С каждым днем творческое напряжение возрастает. Мастер-классы следуют один за другим, «разборы полетов» по прошедшим спектаклям (их ведут вместе все члены фестивального жюри) никого не оставляют в стороне, театры-участники сосредоточенно готовятся к показам и клубным программам. А в «свободное время», мы не случайно взяли это выражение в кавычки, участники и гости фестиваля знакомятся с духовно-культурным наследием Вятского края: активно посещают музеи, совершают запланированные экскурсии, на фабрику игрушек «Весна», ОАО «Вятич», по исторической части города, древним вятским монастырям и храмам, по тихим аллеям Александровского парка. Сердцу и уму скучать не приходится! Мы трудились, готовили фестиваль, сознавая, что в едином профессиональном пространстве, артисты возрастают и в мастерстве кукольников и в чисто человеческом качестве.

 Фестиваль – это дорога в будущее для каждого театра кукол! Он дает такой взгляд, благодаря которому приходит понимание – как прекрасно, что театры не унифицированы, что они не похожи один на другой! Это замечательная школа для всех артистов, режиссеров и театральных художников.

В третий день фестивальных показов зрители увидели два замечательных спектакля: «Мышонок Пуй-Пуй», Ереванский театр кукол, Армения и «Баллада о маленьком буксире», Краснотурьинский театр кукол, Свердловская область.

«Мышонок Пуй-Пуй», Ереванский театр марионеток «Мимос», Армения 

Непросто пришлось армянским артистам на показе своего красочного-музыкального спектакля «Мышонок Пуй-Пуй», так сложились обстоятельства, что вместо четырех артистов-кукольников на фестиваль из далекого Еревана смогли приехать только двое из них: Нунэ Джербашян, Рузан Геворгян. Но зато каких! Самых лучших мастеров своего дела! Станислав Железкин, член фестивального жюри, на обсуждении спектакля, долго и внимательно смотря на Нунэ-джан, сказал: «Вижу, что передо мной замечательная, опытная актриса Нунэ! Я это знаю! Когда Вы берете вагу (приспособление для управления куклой-марионеткой), то я чувствую Вашу уверенность, Вашу творческую силу и многие другие дарования!»  Не стоит сомневаться: все зрители, побывавшие на спектакле о забавном мышонке, легко согласятся с почтенным мнением театрального эксперта, но только его слова соотнесут и со второй прекрасной актрисой Рузан Геворгян, приехавшей на наш фестиваль.

Как ловко, четко - вдвоем, эти талантливые и красивые армянские женщины управлялись с целым выводком кукол-марионеток! Руки их мелькали с молниеносностью и профессионализмом фокусников! Куклы оживали, пели, плясали с потрясающей естественностью, заставляя зрителей забывать, что перед ними на сцене всего лишь искусственные человечки.  Спектакль артисты показали на родном армянском языке, чтобы мы, кировские зрителе, ощутили красоту природной речи ереванских жителей, в которой отражается эхо высоких гор и дышит гордая древность. Текст в спектакле был написан прозой, но слышался, как поэтический, воспринимался на слух, словно стихотворный.  Мы стали свидетелями обаяния великого армянского языка, его внутренней красоты и поэзии. За это ереванским артистам отдельное большое спасибо - шноракалутюн!

Сам спектакль получился на редкость добродушным, веселым и остроумным, приключения мышонка Пуй-Пуй в далеком Индистане были настолько увлекательными, с неожиданными передрягами и поворотами судьбы, что не раз доводили зрителей до благоутробного смеха.

Оказавшись в жаркой стране, где растет кокос, мышонок немедленно хочет слопать этот волосатый плод пальмы.   Когда кокос падает на землю, то Пуй-Пуй, пыхтит, кряхтит, всеми возможными способами пытается забраться в кокосовую сердцевину и вдруг – Бух! – неожиданно соскальзывает внутрь фрукта. От удивительной удачи мышонок начинает чувствовать себя королем жизни, он ходит гоголем, пьет всласть кокосовое молочко, пляшет и смешно поет песенки. Наевшись и напившись от пуза усталый Пуй-пуй засыпает, но утром случается беда, за ночь мышонка так разбарабанило от сладкого и тучного питья, что он никак не может выбраться из злополучного кокоса.  Мышонок оказался в съедобной тюрьме, но от этого ему не легче. Очень потешно, следуя движениям умных рук артистов-кукловодов, Пуй-пуй пытается выбраться наружу, он опять кряхтит и пыхтит, но уже как-то нервно и обреченно.  Мышонок плачет, винит себя за обжорство. Ему сочувствуешь всей душой! Кому неизвестны муки совести, когда после обильного праздничного ужина, видишь утром, что стрелка напольных весов скакнула резко вправо.  Печаль застилает глаза и мир начинает предательски увеличиваться от слез. Но у мышонка есть своя особая «фишка», оказывается вместе со слезами… уходит и его толстота. Выплакав ее всю до последней капельки, Пуй-пуй вновь становится стройным и красивым, выбраться для него из кокоса – плевое дело.

Счастливый мышонок, оказавшись на свободе под пальмами с тысячами кокосов, немедленно снова начинает танцевать и петь песню на своем родном армянском языке, всем аджохутюн, счастливо! А радоваться ему помогали Девочка-мышка и Мальчик-мышка, которые тоже веселились, как говорится у нас на Руси - во всю еревановскую. Национальный языковой колорит придал спектаклю особую, неповторимую прелесть.

Создатели спектакля

Режиссер – Нунэ Джербашян

Художник– Рузан Чобанян

Скульптор по куклам - Нунэ Туманян

Композитор – Нарине Аракелян

Актеры

Толстый Пуй-Пуй, Девочка-мышка, Сказочник -  Нунэ Джербашян,

Тонкий Пуй-Пуй, Мальчик-Мышка - Рузан Геворгян

«Баллада о маленьком буксире», Краснотурьинский театр кукол, Свердловская область        

Безусловно, многих кировских зрителей привлекло на спектакль стихотворение Иосифа Бродского, которое краснотурьинские актеры-кукольники пообещали представить в череде ярких и веселых образов. И они не обманули! Визуализированные образы поэта получились на загляденье как хороши! Зрители - не прогадали, но это надо было суметь одно стихотворение Бродского растянуть на 45 минут.

В этом режиссеру спектакля Тиграну Саакову помогло не только мастерство актеров, но современные способы подачи театрального материала: множественная видеопроекция, особые перчаточные куклы, использование элементов мультипликации и теневого театра огромных размеров с изощренным механизмом управлением.  

Это — я.
Мое имя — Антей.
Впрочем,
я не античный герой.
Я — буксир.
Я работаю в этом порту.
Я работаю здесь.
Это мне по нутру.
Подо мною вода.
Надо мной небеса.
Между ними
буксирных дымков полоса.
Между ними
буксирных гудков голоса.

Собственно, сам спектакль состоит из ряда клоунских реприз, связанных ассоциативно иногда напрямую, иногда - нет, с поэтическим текстом Бродского. Репризы по большей части напоминают клоунские, но как выразился председатель фестивального жюри Николай Наумов, они «чаще только напоминают клоунаду, а на самом деле, четыре актера, составившие буксирную команду-семью, в клоунаду играют». Бесполезно описывать эти клоунадные выходы, они достаточно сложны и многоплановы, что еще раз убеждает – они не совсем то, чем кажется на первый взгляд.  Для каждой репризы характерна законченность истории, своя драматургия, в спектакле же «Баллада о маленьком буксире» отдельные смешные или грустные (такие тоже есть!) эпизоды-репризы становятся единой историей только сообща, поэтому зрителям бывает непросто, следя за ходом стихотворения, складывать в одну картинку множественные художественные части спектакля. Но это ведь и хорошо – «душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь!» Герой стихотворения буксирчик «Антей» не знает устали, вот пусть и душа потрудится, иначе зачем она пришла в театр? Неужели только для того, чтобы оттопыриться и забыться?

Так тружусь я всегда,
так тружусь и живу,
забываю во сне,
чем я был наяву,
постоянно бегу,
постоянно спешу,
привожу, увожу,
привожу, увожу.
Так тружусь я всегда,
очень мало стою.
То туда, то сюда.
Иногда устаю.

Артисты на протяжении всего спектакля четко отбивают цезуру, стихотворный ритм, они умеют держать выверенную театральную паузу ровно столько сколько это необходимо. Сегодня в театре кукол эта способность неординарна. Она помогает зрителям четко ощутить грань между поэтическим текстом и сценическим действием, что крайне необходимо для понимания спектакля, как единого художественного целого. Краснотурьинцы держат зал. Он стихает и бурлит, как по сигналу.

О музыкальной составляющей спектакля тоже можно говорить долго. Он просто живет музыкой, он наполнен ее, как море соленой водой. В нем, кроме самой музыки стиха, звучит множество музыкальных тем от француза Френсиса Ле и романтичного американского блюза до простоватых мелодий африканского континента и разудалой песни «Яблочко». Композитор Антон Алексеевский  умело все это соединил и добавил еще своих красок в мелодичную палитру спектакля.  И это оправдано, ибо в морской порт заходят корабли со всего света.

Добрый день, иностранец,
мы приветствуем вас.
Вы проделали путь
из далекой страны.
Вам пора отдохнуть
у причальной стены.

Актеры в основном играют вживую. В «Балладе» много интересных художественных находок: Кок, толстоту которого подчеркивает красно-белый спасательный круг, Кочегар с черными лопатами-руками, Капитан с резным штурвалом на животе, Боцман, таскающий на плечах двух страшно ленивых кукол-матросов.

Но есть в спектакле совершенно особые, потрясающие сцены. С уверенностью можно сказать, хоть большой, хоть маленький зритель, их не забудет никогда. Она живым раскаленным добела железом впечатываются в мозг. Первая из них это появление на сцене в предрассветной мгле под звучащее стихотворение огромного океанского лайнера. Пятиэтажная белоснежная громадина со светящимися окошками медленно возникает на одном краю сцены и медленно-величественно исчезает на другом. Артисты держат цезуру!

На рассвете в порту,
когда все еще спят,
я, объятый туманом
с головы и до пят,
отхожу от причала
и спешу в темноту,
потому что корабль
появился в порту.
Он явился сюда
из-за дальних морей,
там, где мне никогда
не бросать якорей…

Второй эпизод еще круче.  Для него используется теневой театр. На большом экране танцуют… портовые краны, но они легкие, почти ажурные, их движения летящие, воздушные, земное притяжение на них не действует. Они парят, словно птицы, стригут волны своими тонкими железными членами. Работа артистов в теневом театре восхищает своим точным профессионализмом: «Майна! Вира!  Вверх! Вниз!»

Но для третьей, почти финальной сцены, нужно найти совершенно особые, сокровенные слова. «Их нет у меня», но зато они есть у поэта:

Это я, дорогие,
да, по-прежнему я.
Перед вами другие
возникают края,
где во сне безмятежно
побережья молчат,
лишь на пальмах прибрежных
попугаи кричат.
 
И хотя я горюю,
что вот я не моряк,
и хотя я тоскую
о прекрасных морях,
и хоть горько прощаться
с кораблем дорогим,
но я должен остаться
там, где нужен другим.

Маленький буксир в ночной тишине что-то там тарахтит себе под нос, бормочет во сне, качаясь на кроткой к нему океанской волне. Это то, что внутри себя, в самом сердце, в безбрежной дали воображения, зрители призваны почувствовать и пережить. А на сцене в это время в звездной темноте, чуть согнувшись, появляется Капитан, он проходит чуть согнувшись, держа на одной ладони, прикрывая ее другой, словно лесной светлячок – маленький, спящий буксир. Ангел-хранитель большого порта спит! Не будите его! Он сам скоро проснется. У него много дел впереди! Ведь буксиры, как поэты – никогда долго не отдыхают. Поэтому-то финал спектакля так пронзительно светел и печален. Уходит душа маленького буксира из морского порта, из большого и прекрасного мира навсегда. Ее будут звать. Ее будут искать. Осиротевшая морская семья, четверо вдруг онемевших клоунов будут метаться по сцене, взывать к темному залу: «Дети, где Буксир? Куда он ушел? Без него – труба!» Но им никто не ответит. Слова кончаются, как и сам спектакль. Продолжение невозможно. Пенный след за кормой растаял.  Занавес. Только стихи будут звучать и звучать в сердце, бесконечно, мучительно, незабываемо. В этом их смысл, чтобы не забывали о «маленьком буксире», о жизни и судьбе поэта, никогда.

И когда я состарюсь
на заливе судьбы,
и когда мои мачты
станут ниже трубы …
То тогда поплыву я
к прекрасному сну
мимо синих деревьев
в золотую страну,
из которой еще,
как преданья гласят,
ни один из буксиров
не вернулся назад.

Создатели спектакля

Режиссёр: Тигран Сааков

Художник: Ольга Петровская

Композитор: Антон Алексеевский

Текст читает актер театр и кино Юрий Дормидонтов

Актеры

Клоун, капитан - Станислав Белецкий

Клоун, кочегар -  Алексей Частиков

Клоун, Боцман -  Наталья Уланова

Клоун, Кок – Алла Жукова

Кукловод – Ольга Зарянская

День четвертый

В четвертый день фестиваля зрителей порадовали своими постановками театр кукол из Чебоксар, Чувашия и наш Афанасьевский театр кукол, устроивший этот незабываемый театральный праздник для своего любимого города.

«Спящая КАРсавица», Чебоксарский театр кукол, Чувашия

Очень лиричный, романтично-созерцательный спектакль показал на фестивале талантливый коллектив чебоксарского театра кукол. За весь спектакль, а идет он 40 минут, зрители не слышат ни одного диалога, его герои не произносят ни единого слова, ни вслух, ни «в сторону», и при этом - спектакль не теряет ни живости, ни энергии, ни обаяния.  Только при помощи «рук и ног», кивков головы и восклицаний общаются между собой звериные и птичьи персонажи. Такая кукольная коммуникация, как художественный прием, исполненный блистательно, умно - вызывает искреннее уважение. Но было бы ошибкой считать такую бессловесность на сцене простым театральным ухищрением, дело в том, что слова, речь на сцене, действительно не нужны. Они будут лишние. И потом, где вы видели разговаривающих ворон, бобров и зайцев?

Звери и птицы на сцене «говорят» на своем природном языке, прекрасно понимая друг друга, а вслед за ними - их понимают и маленькие зрители потому, что спектакль прежде всего обращен к ним. Он учит детей прислушиваться к живым голосам леса, к стуку сердца самой Матери-Природы. Во всем мире, в том числе и в России, ухудшается качество речи. Дети мало читают, скупо общаются вживую. Общение переносится в виртуальную сферу, а это письмо, а не речь. Возвращение к звучащим словам важно для становления каждого человека. Театр кукол по самой своей природе разворачивает ребенка к игре, к словам, к живой речи. Это великая школа культурной речи! Но ведь крайне важно перед тем как правильно говорить, научиться верно и точно слышать не только себя, любимого. Именно этому и учит детей спектакль «Спящая КАРсавица».

Зима. Завывает ветер. Сугробы снега. Медленно падают крупные снежинки. Посередине сцены стоит толстое дерево. Это яблоня. На самом верху – птичье гнездо, впрочем, даже и не гнездо, а большое, уютное гнездовье, пуховая чаша, рождающая сны и видения. В чаше-гнездовье сладко и покойно спит Ворона в сиреневых перьях, за такие красивые перья, наверное, модницы отдали бы бешенные деньги. Ворона, по всей видимости, юная и смелая, раз живет совершенно одна, не нуждаясь ни в чьей дружбе и заботе. Дни, месяцы, времена года она проводит во сне. Это основное занятие, практика ее молодой жизни. Смысл жизни КАРсавицы– спать, чтобы видеть чудесные сны про себя. Красивая, спящая молодая особа в гнезде ли, в хрустальном ли гробу, не важно – это самый распространенный архетипичный символ души, не разбуженной Реальностью, спящей сердцем; ждущей момента, чтобы проснуться, но не находящей толчка, внешней жизненной причины для пробуждения, для овладевания миром в бодром самодвижении. Шире – это древнейший символ становления (пробуждения от сна) женщины на земле. Юнг об этом понаписал целую гору книг, так что нам нет нужды об это много говорить, кто захочет – пусть прочтет и узнает больше. Поэтому, конечно же, совсем неслучайно автором этой возвышенной пьесы и режиссером-постановщиком является женщина – Светлана Дорожко. Но замечательно другое: как точно и легко удалось Светлане Дорожко втиснуть в пространство кукольного спектакля, рассчитанного для дошкольников, этот сверхплотный, культурно-массивный архетип, всечеловеческий миф о становлении и возрастании. Это можно объяснить только врожденным чутьем и талантом, умением проникать в толщу культурного гумуса и извлекать из него такие вот цельные и простые жемчужины, как спектакль «Спящая КАрсавица». Если кто-то решит, что мы тут перегибаем палку и насмешничаем, то значит, ему тоже пора «просыпаться», менять подгузники.

Спит Ворона-принцесса, льют дожди, хлопочет над землей снег, тузят другу друга из-за морковки толстомясые семейные зайцы, падают желтые листья, а она спит и видит удивительные сны, нет, не сны, а райские видения. Она одна летает, невесомо парит в звездных далях, в безбрежном, одиноком и прекрасном мире. Визуализация вороньих снов выполнена в спектакле просто и убедительно, технические навороты тут не нужны: на тонкую кисею перед авансценой проецируются звезды и листья, блуждающие огоньки и всполохи света. Артисты, работая в «черном кабинете», водят в свободном полете, сияющую куклу-душу Вороны. Добавьте к этой чудесной картинке лирическую музыкальную тему. Зрелище получается красивое, завораживающее, дремно-нежное. Хочется присоединиться к этому неземному парению, да ведь и присоединяешься в своих мыслях, в своем воображении, на миг тоже становясь ребенком. А дети, видя эти воплощенные сны, уж точно – вспоминают, что снилось им прошлой ночью, только они никак не могли вспомнить.

Но, между тем, Ворона-принцесса лежит в гнезде не бесчувственным поленом; когда жизнь ее тормошит, и она вынуждена бывает проснуться, то она может мгновенно сориентироваться и помочь, легко поправить положение дел, так она бросает ежику яблоко, у которого никак не выходит добыть красный плод с высокой ветки, хотя он тяжело пыхтит, смешно прыгает, делая сальто-мортале, почти крутясь под деревом колесом. Или, когда два бобра, строя плотину, хотят сгрызть острыми, циркулярными зубами ее дерево, то она, защищает свои звездные сны, дает им крепкий сук из своего уютного гнезда. В Вороне не чувствуется никакого бессердечия, отчужденности, ее душа просто еще окончательно не проснулась, но она открыта для мира, открыта для преображения – «час души» (М. Цветаева) ее еще не настал.

Значит, что это не просты сны, значит, эти красивые, особенные видения ее чему-то научили важному? Похоже на то, ведь Ворона не раздражается на шум, не бросает со своего высокого гнезда в зайчишек камни и палки, не прогоняет бобров и докучливого ежика-попрыгунчика.

Маленький зритель: А почему Ворона все время спит?

Мама (со вздохом): Потому что ей все время снятся красивые сны.

Но главный ее Сон – впереди! И она чуть было его не проспала! Однажды, когда Ворона пребывала в сонном параллельном мире, к яблоне прилетел Недрёмный Ворон. Его привела к дереву простая докука – червяк, который спасаясь от Ворона забавно изворачивался и прятался на дереве, смеша маленьких зрителей. Это была одна из самых простых и если так можно сказать, детсадовских сцен в спектакле. Дети дружно покатывались со смеху. Артисты здорово управлялись с тростевыми куклами, наглядно показывая свое мастерство и профессиональную сноровку.  Но взрослым могло открыться и кое-что иное. Уж больно вся эта сцена походила на библейскую, на искушение первых людей у древа познания. Аллюзии были почти прямолинейные: яблоня-древо, червяк-змей, Ворона-Ева, Ворон-Адам. Но тут победу одерживает Ворон, червяк-змей побежден и переварен. От зла ничего не остается, даже мокрого места. И тогда открывается путь к новой жизни, к новой Встрече, о которой Ворон может только догадываться. Он, разумеется, разглядел в гнезде спящую ворону, но не стал ее будить. Как можно разбудить такую КАРсавицу? Это невозможно - сон ее чист и высок! К тому же – очень хотелось есть! Между журавлем в небе (Вороной) и синицей в руке (червяком) Ворон-юноша тогда сделал свой выбор. Но хитрец, после того, как он узнал о вороньем гнезде, то уже летал все время где-то поблизости, чая подходящего момента представиться. Вывод ясен: Ворон влюбился по самый хвост!

А Ворона-принцесса все спит, того и гляди - проворонит она свое счастье! Пора тебе, Карсавица уже проснуться, чувствуют все зрители, пора! И видимо сила любви Ворона такова, что его сердце входит стрелой – в последний сон КАРсавицы! Вороне снится, что она в звездных просторах летает не одна, а с кем-то вдвоем, разделяясь и вновь соединяясь вместе, с кем-то прекрасным и юным, сильным и красивым! И ворона – про-сы-па-ется! Но рядом никого нет, в гнезде она по-прежнему одна одинешенька, горько плачет Ворона, слетает на землю, грезы рассеялись навсегда, ничто ее не может утешить. Это очень трогательный момент в спектакле. Зал замирает: что же будет дальше? А дальше случается то, что должно было случиться в этой волшебной старинной истории, в жизни, к сожалению, так бывает не всегда: плач Вороны услышал влюбленный в нее Ворон и прилетел к ней. Он подарил своей избраннице в сиреневых перьях букетик нежных цветочков. Где он их взял средней осенью, порой свадеб и дружеских пиров после уборки урожая?

Верно принес из вечно зеленой страны любви и дружбы. Откуда же еще? И становится еще яснее, почему спектакль «Спящая КАРсавица» так странно не очеловечен языком, почему в нем никто не разговаривает шумно и не поет веселых песен – Любовь молчалива и понятна без слов!

Маленький зритель: А Зачем Ворон подарил Вороне цветочки?

Мама (опять со вздохом): Потому что захотел. Вот почему…

И напоследок: только по числу артистов-кукловодов, работавших с одной куклой, можно догадаться насколько этот внешне безыскусный спектакль для дошколят, технически сложен и многопланов. Сотворить его могли только настоящие профи!

Создатели спектакля

Режиссер-постановщик: Светлана Дорожко - номинант Российской национальной Премии «Золотая Маска» -2013

Художник-постановщик: Евгения Терентьева

Музыкальное оформление - Светлана Дорожко.

Актеры

Ворона - заслуженные артисты Чувашской Республики: Алевтина Тимофеева, Юлия Мельник, Алина Каликова

Ворон – Петр Петров, Алина Каликова

Заяц – Юрий Теренин, заслуженная артистка Чувашской Республики Юлия Мельник,

Зайчиха – заслуженная артистка Чувашской Республики Алина Каликова, Ольга Тарасова.

Бобер – Петр Петров, заслуженная артистка Чувашской Республики Алина Каликова, Ольга Тарасова.

Бобриха - заслуженная артистка Чувашской Республики Юлия Мельник, заслуженная артистка Чувашской Республики Алевтина Тимофеева.

Еж – Юрий Теренин, заслуженная артистка Чувашской Республики Алина Каликова.

Ежиха – Ольга Тарасова, заслуженная артистка Чувашской Республики Юлия Мельник.

Червяк - заслуженная артистка Чувашской Республики Юлия Мельник

Бабочки - заслуженная артистка Чувашской Республики Юлия Мельник, Петр Петров.

«Царевна лягушка», театр кукол имени А.Н. Афанасьева, г. Киров

Фестивальный показ спектакля «Царевна-лягушка» по отзывам зрителей был как и полагается сказке - сказочным и ярким. Нарядные костюмы артистов, характерные куклы в планшетной технике, отличные декорации, выдержанные в народном стиле, все радует в нем глаз и наполняет атмосферой народной скоморошины. Спектакль создает ощущение праздника с первых минут.

Кто из нас в детстве не читал русскую народную сказку о Василисе Прекрасной, злом Кощее и зловредной Бабе Яге? Всем взрослым и детям хорошо знакома эта удивительная волшебная история, но только на большой сцене нашего театра вы сможете стать ее непосредственным участником в окружении симпатичных самобытных кукол и пяти веселых скоморохов. Режиссер спектакля, заслуженный артист России Юрий Евдокимов сумел в едином театральном действии сложить, как «два и два»: знаменитую пьесу Нины Гернет и народный дух русской скоморошины. Получилось одно остроумное, доброе, динамичное зрелище, в котором отчетливо слышны точные, прекрасные диалоги персонажей.

Добавьте к этому еще множество оригинальных танцев (балетмейстер - Ирина Брежнева) и песен под живую музыку в исполнении самих артистов, и вы получите далеко не полный образ спектакля «Царевна-лягушка». Потому что, кроме прочих приятных «вкусностей», зрителей в спектакле еще ждет череда логично связанных музыкальных вставок от авангардного Шнитке до классических разливов русской гармошки. За такую тонкую музыкальную инструментовку спектакля нужно поблагодарить нашего завмуза Андрея Кормщикова. 

На пространстве сцены режиссер Юрий Евдокимов создал не какую-то абстрактную древнею сказку о добре и зле, а конкретный волшебный сюжет, заигравший новыми гранями смысла. Всем пяти артистам, задействованным в спектакле, пришлось выложиться на полную катушку, ибо каждому из них приходится выступать не только в роли веселого скомороха, но и артиста-кукольника, не забывая об эпизодичных живых планах в образе «упырей», «лягушек» и прочих сказочных дивностей. Впрочем, несмотря на обилие персонажей, быструю смену сцен, кавалькаду плясок и песен, никакой суматохи и неразберихи не появляется. Вся сценография спектакля выстроена прочно и органично. Без сценических талантов тут никак нельзя было обойтись, да и не обошлось! Все актеры работают в спектакле от души, что называется, «с чувством, с толком, с расстановкой». Но особенно хочется отметить замечательный голос и обаяние Василисы в образе Лягушки-царевны, лиричность и песенную задушевность игры Иванушки, а зажигательные образы Бабы Яги и Кощея были просто неподражаемы. Невероятно стильный Кощей в стальной короне и заводные пляски бойкой старушки Баба Яги неизменно вызывали добрые улыбки зрителей. Да, это было «зло», но усмиренное и уже в самом себе побежденное искусством и талантом. А потому совершенно безопасное и к добру направляющее.

Актеры на сцене рассчитано и умело исполняют все положенные скоморошные забавы, танцы и песни, верно и цельно донося до зрителей талантливый текст диалогов сказочницы-драматурга Нины Гернет. Чего только стоят, например, такие словесные пассажи главных персонажей:

Василиса. Иванушка, где ты...

Кощей. Иван, Иван! Да какая тебе от него выгода?

Василиса. Это сердце знает. У тебя сердца нету.

Кощей. Пустопорожнее. Из сердца шубу не сошьешь.

Или вот еще одно мудрое замечание от лица «царства зла»:

Яга. А цена моя будет такая... Сменяй мне мой вид на девичий, на красоту неописанную. Три тыщи лет старухой хожу. Пора и помолодеть.

Кащей. Так смастери себе кожу, какую хочешь, за чем дело стало?

Яга. Смеешься? Или забыл, что мы, нечистая сила, красоту делать не можем?

Правдиво о себе сказала Баба Яга, что зло настоящей красоте только подражать может, что само оно создавать первозданное и прекрасное не в силах. Ведь совсем недаром дьявола с древности называют не иначе как «обезьяной Бога». И, кстати будет еще сказать, Нине Гернет удалось показать в пьесе, а режиссеру и артистам этот художественный месседж воплотить и усилить, что начало гибели зла находится в нем самом, как сказано  – «Царство разделившееся в самом себе не устоит». А в пьесе Гернет это как раз и происходит: гибель Кощея начинается с раздора с Бабой Ягой. Не пожалел он  древнюю старушку и лишился верного друга во мгновении ока.

Победа добра над злом стала логичным и торжественным финалом, завершившим это волшебное представление, ведь все спектакли нашего театра кукол, как сказал об режиссер спектакля Юрий Евдокимов: «Учат детей делать добрые дела, быть храбрыми и справедливыми. Добро всегда побеждает зло и не только на сцене!» Или как поют в финале спектакля неунывающие скоморохи:

Был Кощей, и нет его,
Не осталось ничего!
Даже мокрого местечка,
Так в огне сгорает свечка!
В этом праведном бою,
Ваня спас любовь свою!
Василиса выбегает,
Ваню крепко обнимает!
Счастлив Ваня бесконечно,
Будут вместе они вечно!

Создатели спектакля

Режиссер-постановщик: заслуженный артист России Юрий Евдокимов

Художник-постановщик: Ульяна Елизарова

Музыкальное оформление: Андрей Кормщиков

Балетмейстер: Ирина Брежнева

Артисты:

Лягушка, она же Василиса – Анастасия Ребеза

Иван – Владимир Хлопов

Сафрон, Генеральская дочь, Медведь, Упырь – Сергей Трусов

Царь, Баба Яга, Упырь – Дмитрий Троицкий

Степан, Купеческая дочь, Кощей – Павел Стволов

«Холодное сердце», театр кукол имени А.Н. Афанасьева, г. Киров

Самое первое, что приходит на ум после просмотра спектакля «Холодное сердце» – это масштабность; масштабность всего – двух полноценных действий по хронометражу; великолепной и сложной сценографии, заполнившей все пространство действия от авансцены до задника, от планшета до колосников, от объемных и больших планшетных кукол до музыки (Андрей Кормщиков), которая как еще один воздушный персонаж сопровождает зрителей от начала до последней сцены. Но эта масштабность идет не от желания поразить зрителей грандиозностью и сложностью постановки, а от сути совершающегося на сцене: обмена живого человеческого сердца на холодный звон золотых монет.

Впечатляют все мизансцены как основные, так и переходные. Даже неискушенному ясно, что режиссёр умеет мыслить пластичными образами и показывать замысел своей постановки через совместные движения кукол и артистов «живого плана». Наталья Пахомова ведет зрителя по всем действиям, как опытный партнер в танце, крепко держит его внимание, подводя к такому напряжению в финале, что когда в зале загорается свет, и актеры выходят на поклон, то ты понимаешь, только так и рождаются такие незабываемые спектакли как «Холодное сердце».

Образ «танца», применительно к спектаклю, появился далеко не случайно. Хореографию в «Холодном сердце» выстроила замечательный мастер своего дела Ирина Брежнева, ведь с спектакле танцуют не только люди, но и куклы, которые созданы в человеческий рост.  Более того, одна из самых запоминающихся сцен в спектакле это как раз танцевальное состязание между Петером Мунком (артист Владимир Хлопов) и Вильмом Красивым (артист Павел Стволов) под зажигательную музыку и зловещие хлопки плотогонов, брутальных помощников главного злодея Михеля Голландца (артист Андрей Огородников).  От этой сцены мурашки бегут по спине, потому что иначе как «пляской смерти» ее не назовешь, макабрический характер безумного танца, сводящего нашего протагониста в холодную бездну – очевиден. Очевиден, но потрясающ свой энергией и экстравагантностью.

Художник-постановщик Роман Вильчик тоже преподнес зрителям немало интересных сюрпризов. Художественный минимализм декораций очаровывает с первых минут. Роман Вильчик оформил сценическое пространство как пересечение мощной горизонтали – двух плотов на авансцене – и хрупкой вертикали, представленной в виде множества тонких лестниц. Этот перекрестный символ не вызывает двух прочтений: горизонтальная, обыденно-размеренная жизнь, хоть и раскачивает человека, но она проста и надежна. А вертикаль, устремлённая к небу, рискованна и опасна. У человека есть выбор, но на каждом пути есть свои «подводные камни» и «хрупкие перекладины». Но «горизонталь» и «вертикаль» не статичны, плоты раскачиваются, поднимаясь то вверх, то вниз так, что плотогонам с огромными баграми, прыгающим с одного плота на другой, приходится порой проявлять чудеса балансировки. А ненадежные на вид лестницы в какой-то момент спектакля вдруг опускаются на плоты в клубах красного дыма почти горизонтально, как бы соединяя «верх и низ» жизни, стирая между ними границу; точно показывая, что твоя лестница «наверх», может быть, давным-давно ведет тебя только на личный «маленький плот», оторванный от высоких целей и идеалов. Надо оглянуться, увидеть жизнь с высоты, почувствовать, как легко бьётся твое сердце, чтобы не оказаться глупой жертвой самообмана.

Но, конечно, художественный минимализм не единственная особенность «Холодного сердца».  Удивляют и завораживают куклы! Одиннадцать планшетных кукол почти в человеческий рост, с отлично проработанными лицами, с оригинальными прическами, в настоящей одежде и обуви; куклы ходят по сцене, кувыркаются, прыгают, весело танцуют, карабкаются по лестницам, играют в карты, смеются, путешествуют, считают деньги, развешивают белье, женятся, свистят и поют песни – это целый мир, волшебство театра кукол, подаренное кировским зрителям режиссером Натальей Пахомовой, художником и артистами нашего театра.

Артистам-кукловодам пришлось немало потрудиться, чтобы вдохнуть жизнь в своих героев, чтобы каждая кукла имела свой характер движений, свою походку и голос. И, безусловно, главным фаворитом в кукольном мире «Холодного сердца» была кукла Михеля Голландца -  огромная, почти два с половиной метра, в костюме бизнесмена, с печальными глазами опытного искусителя и по-голландски с высоко закрученными усами, она произвела на зрителей неизгладимое впечатление. Чтобы кукла ожила и двигалась естественно, понадобились серьезные усилия трех, и иногда четырех артистов-кукловодов. Через мощь образа Главного Плотогона художнику-постановщику Роману Вильчику удалось ярко показать силу денег и власти над человеком. А вот Стеклянного Человечка, который помог Петеру Мунку победить скупщика сердец, художник, напротив, показал в образе милого старичка в зеленых очках волшебника изумрудного города. Режиссер усилила этот образ, придав речи Стеклянного Человечка сварливости, а поведению – забавной нервозности, чтобы юные зрители сами разобрались в многозначности образа и поняли - в этом смешном человечке заключается подлинная сила добра, несмотря на его вздорный характер и стариковские причуды. 

Михель Голландец – злодей, но не примитивный.  У него есть своя философия, почему без сердца, этого беспокойного зайчика, человеку на свете жить легче и вольготней! Показывая Петеру Мунку в одной из сцен банки с проданными сердцами, Михель говорит, как печатает золотые монеты: «Видишь, ни одно из этих сердец не сжимается больше ни от страха, ни от огорчения. Их бывшие хозяева избавились раз навсегда от всяких забот, тревог, пороков сердца и прекрасно чувствуют себя, с тех пор как выселили из своей груди этого бестолкового барабанщика.  Деньгам даже камень радуется!»  Есть у Михеля, как у всякого босса-злодея, помощники, брутальные молодцы-плотогоны (артисты: Сергей Трусов, Дмитрий Троицкий, Михаил Николаев). С такими лучше не встречаться в темном переулке! Отчаянные, преданные своему господину до печенок, бессердечные и уверенные в себе, бесстрашные и ловкие плотогоны очень удачно вписываются в общий образ спектакля. Артисты-плотогоны играют «живым планом». Своей активностью, ловкостью, громким смехом и цепкой услужливостью всем и каждому, их образы на контрасте с большими куклами, подчеркивают, что зло, может быть, действенным, умным, захватывающим, по-своему сильным и привлекательным; 

Но проходит время и приглядевшись к ним, понимаешь, что эти бравые плотогоны просто бездарные копии своего босса, клонированные трупоеды, плоские трафареты без своих мыслей и чувств, даже незамечающие в своей социальной скученности личной пустоты и бессодержательности.  Таков итог служения всякому злу, нивелирующему человеческую личность, подминающую ее под свои протухшие стандарты. Что такое эти «плотогоны»: намек на молодежные деструктивные субкультуры или на что-то иное, более темное и болезненное в нашем обществе, пусть зрители, посмотрев спектакль, решают сами.  

В надежде найти в богатстве и уважении в обществе, которое зачастую приносят большие деньги, простое человеческое счастье, Петер Мунк поддался-таки уговорам Михеля и избавился от своего «бестолкового барабанщика» подчистую. Сцена, где у бедного угольщика, безжизненно распростертого на перекладинах лестницы, Михель Великан вынимает из груди бьющееся красное сердце, дает нервам ощутимую встряску – столько в ней цельности, жизненной истинности и художественной точности! Трудно даже представить, как долго пришлось режиссеру и артистам отрабатывать каждый жест, каждое слово, чтобы достичь такого максимального эффекта правдоподобия, происходящего на сцене! И не забывайте, что это правдоподобие было показано в куклах!

Много странного, необычного, «страшного» увидит зритель в «Холодном сердце», но будет умалением, если сказать, что это некий театральный хоррор для школьников, привыкших смотреть в кино на толпы «зомбаков» и прочую расплодившуюся нежить.  Вовсе нет. В спектакле находится время для тихой лирики, для нежных сердечных отношений героев. В нем поют красивые песни, весело играют дети, зажигаются звезды, объясняются в любви, плачут и просят прощения, произносят важные и нужные слова о родной земле.

Удивительно выстроена сцена путешествия разбогатевшего Петера Мунка по странам и континентам. Она сделана в технике теневого театра. Стоит бедный богач Петер, на качающемся плоту жизни, а перед ним на кубах-континентах проносятся со скоростью ветра мировые столицы, египетские пирамиды, знаменитые башни, диковинные животные и высокие горы; проносятся темными силуэтами, легко проскальзывая сквозь пустое место в груди. Катается по миру наш герой, как пустая плошка, туда-сюда, туда- сюда (в спектакле этот момент хорошо обозначен именно катанием жестяной миски на фоне теневого театра), а положить в нее «культурной пищи», вкусить радостей жизни путешественника, новоявленный богач не может - хоть убей, мертвей не будешь.  Даже случайно оказавшись в родных местах он не узнает их, отталкивает свою постаревшую мать (артистки: Надежда Чеблукова и Ульяна Синицына), которая кажется ему обычной попрошайкой. Принесет ли ему радость женитьба на некогда любимой девушке Лизбет (актриса Евгения Тарасова)? Большой вопрос! Кстати, образы Матери и прекрасной рыбачки-невесты получились очень достоверными и убедительными.

В спектакле у зрителей будет возможность заглянуть во внутренний мир человека с «холодным сердцем», проследить его историю поражения и победы от начала до самого конца. Потерять, продать, сделать свое сердце холодным и бесчувственным, можно не только за мешок золотых гульденов. Для этого у наших современников есть множество самых не волшебных способов. Анестезия самая разнообразная: от этила и наркотиков до тотального погружения в мир онлайн-игр и виртуального общения. Душевная гибернация может наступить, когда душа так перекормлена, так напичкана информацией, масс-медийным контентом, что вызывает отвращение любая «культурная пища», любой живой разговор, требующий сердечного отклика, любое впечатление, любая попытка вытащить «замороженного» из Холодного мира Михеля Великана. «Мне скучно бес! Все утопить!» (А. Пушкин) – вот последней итог сердечной анестезии.

В спектакле, как и у Гауфа, счастливый, простодушный конец, но это не просто радужный финал типичный для сказки, а награда главному герою за горькое осознание: бессердечие, хоть в бедности, хоть в богатстве, хоть во славе и удачливости, не приносит радости и полноты жизни! Всей свой работой над спектаклем режиссер Наталья Пахомова вместе с артистами стремилась показать: счастье приходит к угольщику Петеру за преодоление соблазнов богатства и власти; за признание, что он предал лучшее в самом себе, отказался от своего горячего сердца ради презренного металла.

В одном интервью режиссер сказала об этом: «Ничего продавать нельзя, можно только пожертвовать. Для того, чтобы воспринимать жизнь во всей глубине и многообразии нам нужны все наши чувства, и сердце среди них – главное.  С холодным сердцем человеку все кажется одинаково тусклым   и пресным.  Живое сердце — это то, что не позволят человеку рухнуть окончательно в пустоту». 

Создатели спектакля:

Режиссер-постановщик: Наталья Пахомова

Художник-постановщик: Роман Вiльчик

Композитор: Андрей Кормщиков

Актеры

Петер Мунк -  артист Владимир Хлопов

Михель Великан – артист Андрей Огородников

Стекляшечник -    артист   Павел Стволов 

Мать Петера - артистка Ульяна Синицына, артистка Надежда Чеблукова

Лизбет – артистка Евгения Тарасова

Вильм Красивый, Иезикиль Толстый, Долговязый Шлюкер -  артист Павел Стволов, артист Дмитрий Троицкий, артист Сергей Трусов

Дети – артист Павел Стволов, артистка Ульяна Синицына, артистка Надежда Чеблукова, артистка Евгения Тарасова, артистка Снежанна Белозерова.

Плотогоны - артист Дмитрий Троицкий, артист Сергей Трусов, артист Михаил Николаев.

Фото Антона Смирнова и Ульяны Синицыной

День пятый

Начнем обзор заключительных показов с русскоязычного театр кукол.

Крошечка-Хаврошечка, Кемеровский театр кукол имени А. Гайдара

Между двух зеленых деревьев, словно сделанных в стиле нашей дымки, только нераскрашенных золотом, возвышается молчаливая голубая Корова. Как потом и оказалось это был намек на голубую глину, на Мать-Сыру Землю.

Корова занимает почти половину сцены. Это тоже понятно – земля она большая, она везде. Поначалу смутило (лично меня), что Корова – плоская! Но потом прояснилось – это для нас земля круглая и толстая (объемная), а для древнего человека, для тех, кто слушал эту сказку впервые в древнерусские времена, земля была плоской, как масляный блин. Земля -  глобус для современного человека место обыденное, исхоженное вдоль и поперек, ничего таинственного, везде GPS. Но на круглой земле, на шаре (вспомните Пикассо «Девочка на шаре») стоять уверенно сложно, нужно балансировать, чтобы не свалиться. А вот на «плоской» земле, увязая ногами в сладкой голубой глине держаться прямо, не качаясь можно запросто. Вот и спектакль своей стилистикой зовет человека – стоять на ровном месте! Спасибо художнику Ирине Чуриловой за такой подарок!

В целом коровий стиль несколько выбивается из общего ряда (может быть и нарочито это было сделано), но смысл важнее. Бывает так, что ради главного нужно чем-то жертвовать; жертвовать, чтобы это главное выявить и закрепить.  Собственно, Корова и есть – жертва. Она жертвует собой ради счастья Хаврошечки. Жертвует просто, без рефлексий, как земля-мать - питая нас своим телом, своей кровью - голубой глиной. С самых первых дней жизни Корова заботится о Хаврошечке, согревает ее своим дыханием, поет кроткие песни.

На сцене эта мысль решена очень трогательно: на зеленом роге деревца - колыбелька, в ней спит младенец Хаврошечка, маленькая куколка, артистка в домотканом русском наряде в шапочке белой с коровьими рожками, олицетворяя Корову, раскачивает колыбельку в сумраке, поет колыбельную песню, баюкает, мумукает; чувствует Коровка – трудная судьба предстоит сиротке на земле. Но она поможет, она всему научит, главное только, чтобы выросла девочка отзывчивой и доброй. С этой сцены и начинается спектакль.

Нельзя не отметить и кроткую хореографию спектакля. Этим мы обязаны Татьяне Григорьянцу, сумевшей в немногочисленных танцах передать и выявить ласковое обаяние женской души; показать на сцене в хороводе четырех девушек с ведрами, наполненными молоком, силу и молодость, задор и душевную целомудренность.

Все четыре отрицательных персонажа в красных костюмах: Мачеха, Одноглазка, Двуглазка, Трехглазка – великолепны! Их единодушный злобный ансамбль вызывает у зрителей искренне восхищение! В русско-народной сказке был еще и муж старухин, который чуток защищал сиротку и не хотел резать корову, но тут он оказался для творческой задачи ненадобен. Всю силу любви режиссер Елена Евстропова перенесла на Корову. И это верно – Мать – Сыра-Земля – одна, никакого отца или старика в осмысленной мифологеме быть не может.

И, между прочим, стоит еще отметить, что по ходу спектакля все четыре актрисы играют поочередно Мачеху, даже та артистка, что играет Корову. Задача сложная, но для зрителей из-за такой смены актеров, образ Мачехи не разрушается, они ничего не замечают, не потому что характер Мачехи– однобокий и простой. Причина в другом – в слаженной работе всего коллектива, в умении прочувствовать общую задачу и «сердце» каждого персонажа.

Злоба душит неправедное семейство, приютившее Хаврошечку, пакости ей сообща творит, насмехается, завидует, черной работой неподъемной томит. Зритель искренне сочувствует девочке, попавшей в беду, но с восторгом, с удивленной радостью смотрит как талантливо артисты воплощают образы самодовольных злодеек на сцене.

Отчасти они получились в спектакле, даже ярче, самобытней, чем несколько пассивный облик самой Хаврошечки. Может быть это и верно: пассивность, незаметность ее оправданы. Она страдает, горюет, но активно свое положение в деревенском социуме не меняет, только благодаря толчку изве ее судьба приобретает иное направление. Но не будем обманываться, внешняя пассивность Хаврошечки - только внешняя, внутри она полна любви и добра, которые и приводят ее, в конце концов, к сказочно-прекрасному изводу из горькой юдоли.

Прекрасна сцена засыпания Хаврошечки подле Коровы. Она спит, тревожно вздыхает во сне, видно, и во сне душа девочки помнит какую невыполнимую задачу задала ей Мачеха; Корова убаюкивает девочку – и вдруг рога Коровы превращаются в голубые руки самой Матери Сырой-Земли, и просто матери девочки тоже; руки обнимают спящую бедняжку, гладят ее по головке, приносят покой и легкость. Очень убедительно и очаровательно!

Но это еще не все коровьи сюрпризы! Во втором сонном эпизоде с Хаврошечкой, в животе у Коровы отворяется круг, открывается темное космическое пространство. Сквозь эту круглую дыру зрители видят звезды, звучит тихая музыка – звездно дышит утроба Матери-Земли! И зрители созерцают и понимают: не только Земля для них Мать, но и Космос наполнен для человека материнским началом, новой неизведанностью событий и встреч. Он колыбель, чрево прошлой и будущей жизни для каждого из смертных и рожденных.

Увы, недолго длилось это утешенье – последняя из дочек Трехглазка разоблачает Корову и Хаврошечку. Старуха сразу хочет зарезать скотину. В оригинальной сказке этот эпизод выглядит так:

«Все, что видела, Трехглазка матери рассказала; старуха обрадовалась, на другой же день пришла к мужу:

- Режь рябую корову! Старик так, сяк:

- Что ты, жена, в уме ли? Корова молодая, хорошая!

- Режь, да и только!

Наточил ножик...

Побежала Хаврошечка к коровушке:

- Коровушка-матушка! Тебя хотят резать.

- Ты, красная девица, не ешь моего мяса; косточки мои собери, в платочек завяжи, в саду их рассади и никогда меня не забывай, каждое утро водою их поливай».

В спектакле старика нет. Жизнь человека на земле трагична, не только человека, но и любого живого существа, в том числе и Коровы, никакой «старик» не защитит от внезапных болезней, наводнений, землетрясений, камней с неба, потери близких и собственной смерти.  Примириться с этим можно, жить с этим – необходимо, но кричать гневные слова и бросать камни обратно в небо, в созвездия – глупо и бесславно.

Хаврошечка это понимает и не устраивает истерик. Но Коровий Завет исполняет в точности, она не принимает участие в поедании Матери-Земли, она не людоедка, ибо Земля – это мы. «Не вари козленка в молоке матери его» это космический природный закон, нарушающие его - вне круга жизни.  Да уж! Но к таким вот серьезным размышлениям зрителей в духе С. Франка и его книги «Непостижимое» зовет нас этот чудесный и первородно-космический спектакль Кемеровского коллектива.

Стоит заметить еще: Трехглазка осталась без свадебного платья. Ха-ха!  Так злоба делает человека тупым и недальновидным. Старуха повелела зарезать «курицу, несущую золотые яйца», Корову, которая могла бы бесконечно обогащать всю ее семейку «Адамс» и совершенно бесплатно. Ирреальность человеческого зла очевидна; конечно, маленький зритель таких слов пока еще не знает, но зато – прекрасно все чувствует!

Повторим: Корова жертвует собой ради счастья   Хаврошечки. А что сделала для Коровы сама девочка? Ничего! Ничем особенным она Корову не облагодетельствовала. Корова отдала себя всю ради сиротки просто так –жертвенно. Как и Мать Сыра-Земля. Корова знала, ведала, что душа у девочки чистая и добрая, любящая и тоже жертвенная, но «такие-то и наследуют землю», такие-то и наследуют счастье!

Из коровьих косточек вырастает яблоня, на ветках наливаются красные яблочки. Сказка: из мертвых костей и вдруг яблоки, но и тут большой и таинственный смысл. Любовь не знает преград природы, генетика ей не указ. Любовь нарушает пределы естества, выходит в открытый Космос, преображает мир и творит свою счастливую историю на земле, не для всех, но творит. Поэтому совершенно логично появление пузатенького жениха с рыжей бородой на коне, царевича Елисея, который, хрустя наливным яблочком, увозит Хаврошечку в Царство Света. И ни на кого не злится, впрочем, как и его юная невеста.

И вновь тРОГАтельная песня и чудесный танец девушек с ведерками, полными молока – символом счастья и, вероятно, будущего материнства. Спектакль у Кемеровских артистов получился теплый и светлый, как парное молоко! Люди добрые, дайте испить из ведерка!

Создатели спектакля

Режиссер – Елена Евстропова

Художник – Ирина Чурилова (г. Санкт-Петербург)

Композитор – Глеб Успенский

Пластика – Татьяна Григорьянц

Актеры

Хаврошечка - Синюкова Назиля

Корова, Мачеха – Подгорная Юлия

Одноглазка, Мачеха – заслуженная артистка РФ Яцук Ольга

Двуглазка, Мачеха – Паммелл Ольга

Трехглазка, Мачеха – Салтымакова Ирина

Костюм Арлекино, Театр «II Sipario Strappato» (Разорванный занавес»)

Спектакль у артистов из славного городка Аренцано, что расположен на лазурном берегу западной Ривьеры, получился ровно такой какой и ждали в Кирове: веселый и простонародный. Мы не случайно отметили географические особенности места, где давно обосновался театр «Разорванный занавес», ибо с первой же сцены зрители окунулись в облако вечнозеленого праздника искусства.

Спектакль шел на итальянском языке в течение полутора часов. Это был сумасшедших каскад событий, неподражаемых диалогов (да, да на языке Данте и Петрарки) и пластичных номеров, но зрители не смотрели на сцену с непониманием, ведь каждому желающему были розданы тексты либретто.

Впрочем, и без либретто, все действия на сцене для внимательного и вдумчивого зрителя были ясны и прозрачны благодаря удивительной фактуре жестов и движений, акцентной смысловой мимики, например, разве не очевидно: если главный герой Арлекино минут десять вытаскивает из старого сундука одну обновку за другой, советуясь с симпатичной мамашей, то это значит, он куда-то собрался?

И разве не понятно: когда юноша Арлекино, впервые встречая девушку Коломбину, закатывает глаза и готов рухнуть на сцену, то это означает, что он влюбился по самые уши? И разве не ясно, что после того как он влюбился со всей силой пылкой и юной души, Арлекино захотел пригласить девушку на бал-маскарад? Конечно, все было читаемо, как на картинке в детской книжке!

Честь нашим большим зрителям, маленьким было, конечно, посложней, но и они справились на пятерку! Каждый унес с собой после спектакля частичку счастливой и простодушной Италии.

Песни, танцы, многообразная символическая работа, пусть и с немногочисленным реквизитом, видео в стиле картин начала 20 века, фейерверк сценических художественных находок – никого не оставили равнодушными к тому, что происходило на сцене. На фотографиях спектакля это прекрасно видно!

Но, кроме праздника красок и шуток, порой несколько смелых для кировского зрителя, были в спектакле и драматичные моменты, обыгранные опять же итальянскими артистами с неповторимым обаянием и художественной выразительностью жестов. Италия - форева!  О чем же речь?

Волшебник Пукис, не ведающий ни добра, ни зла, ибо в спектакле он творит, что попало, околдовывает Коломбину, и она мало того, что становится равнодушной к Арлекино, так еще и требует от бедняги, чтобы он, ежели хочет видеть ее на празднике-маскараде, добыл меч короля Артура, лампу Аладдина и сапоги-скороходы. Зачем это ей, девушка, естественно не задумывается, цель - отшить противного приставалу. Арлекино стоит пораженным громом. Коломбина хохочет. Пукис медленно, неестественно, видимо, парализованный своим коварством, удаляется со сцены.

К слову сказать, это странноватый волшебник единственная ростовая кукла на сцене в белом костюме с помятым лицом старого хоббита. Самое запоминающееся в облике волшебника – огромные острые уши и выпученные глаза. Дети его лицо точно не забудут!

Делать нечего: Арлекино просит Пиноккио во имя дружбы помочь найти ему три волшебных вещи.  Пиноккио соглашается. Это показано было так: артист долго и резко поднимает и опускает руки к небу, делая страшные глаза и быстро качая головой. Получилось забавно! Деревянный друг надеется, что помогая Арлекино он станет из плоти и крови - и у него, возможно, появится настоящий язык, с помощью которого можно будет дразнить всех вредных девчонок, а также лизать вкусное фруктовое мороженое. «За это можно жизнь отдать!»

Друзья отправляются на поиски (вот тут-то и появляются три видеовставки) и - как в кино – быстро и без особых хлопот находят все волшебные предметы. Опля! Колесом ходит по сцене Пиноккио. Опля! Прыгает от счастья Арлекино! Минут десять, не меньше. Но вернувшись, случается ужасное – Пукис с томительным хохотом превращает чудотворящие вещицы в самые обыкновенные. Это смелый ход для сказки, обычно бывает все наоборот.

Друзья рыдают, бегают друг за другом по сцене, взывая к небесам: «О, Mamma Mia!» В устах деревянного человечка это звучит очень трогательно и назидательно. Железный меч короля Артура еще может сгодиться, чтобы прекратить страдания несчастных, но Пукис, нетвердо ступая по кировской сцене, подходит к Арлекино и Пиноккио и говорит: «Друзья, я просто… пошутил, простите». Понятно, это было последнее испытание, которые должны пройти герои комедии масок. Оно касается сердца, умению прощать незаслуженные обиды и стойко преодолевать сокрушительные удары судьбы.

Друзья с честью проходят последний урок волшебника, и он дарит подарок Арлекино – расколдовывает Коломбину! Все опять расчудесно, девушка от счастья носится разноцветными кругами по сцене, красиво раскидывает реквизит, грациозно выгибает загорелую спину. Но, как пойти на бал-маскарад с такой разодетой прелестницей, если ты сам одет в белую неспортивную майку и белые короткие штаны?

Может быть, другая девушка и растерялась, но не то – итальянская! Коломбина советует Арлекино моргнуть! И вот – чудо: Арлекино окутывает белый дымок, и он является зрителям в своем традиционном для итальянского театра праздничном костюме. Что это было? Сила любви, преображающая внешнее пространство в соответствии с красотой внутреннего мира. Арлекино, хоть и бегал весь спектакль в изношенной майке, зритель знал, что сердце у этого юноши золотое и чистое, что благородные помыслы и чувства скрывались за ненарядным фасадом его простых одеяний. Как всегда - любовь творит чудеса! А зачем она еще?

Все герои спектакля опять танцуют и поют, красиво говорят по-итальянски, кидают в зал воздушные поцелуи! В печали остается только Пиноккио – никаких таинственных превращений с ним не произошло, от него по-прежнему пахнет сосной и солнцем, а на ощупь он, как хорошо прогретое и отполированное дерево. К нему с песней и танцем приближается друг Арлекино, между ними происходит горячий диалог.

За Пиноккио страшновато, кажется, он сейчас задымится от напряжения, но все завершается отлично – аргументы Арлекино сработали, Пиноккио понимает до самой сердцевины, что самое главное в жизни, чтобы у тебя был друг!  Ну, а то, что ты сам деревянный, это сущие пустяки по сравнению с чудом настоящей дружбы! И потом – великое дело самопожертвование ради счастья другого. Не стоит об этом забывать. Для нас северных, людей, не привыкших показывать теплоту и глубину своих чувств, даже самым близким – это прекрасный пример неподдельного итальянского оптимизма. Belissimo!

В спектакле есть еще злобный директор Панталоне, но он так мало влияет на общий ход событий, что зрители его практически не замечают, тем более, что представлен он в образе лохматой красной швабры с глазами, висящей сверху на черной ширме. Дети бы сказали – это прикольно.

Чтобы не показаться голословным, дескать, не может быть, чтобы существо из дерева могло быть таким благородным, щедрым и отзывчивым, размещаем фотографию, где в финальной сцене Пиноккио скачет на сундуке и поет от счастья. В том числе и за нас, благодарных кировских зрителей!

Создатели спектакля

Режиссер: Лаззаро Кальканьо

Художники::  МауроGavazzi, Агнес Valle, GaiaСаласар

Композиторы: Ф. Коломбо, Л. Кальканьо

Актеры

Fiorella Коломбо, Сара Damonte, Walter Маринелло, EmmanuelVito, Паоло Portesine, Мария Серминара

Торжественное закрытие фестиваля. Награждение

Фестиваль театров кукол «Вятка – Город Детства» завершился. Церемония награждения победителей состоялась 25 сентября 2016  года в 16.00 в большом зале театра. Целых пять дней  на сценической площадке театра кукол имени А. Н. Афанасьева шел показ спектаклей высокопрофессиональных театральных коллективов из разных регионов России и дальнего зарубежья. Участники и гости фестиваля в количестве более ста человек высоко оценили творческую, теплую атмосферу фестивальных дней. Работу театральных коллективов на протяжении всех пяти фестивальных дней оценивало именитое жюри:

Николай Петрович Наумов

- Декан факультета театра кукол Российского государственного института сценических искусств, профессор, Заслуженный работник культуры РФ.

Железкин Станислав Федорович

- Народный артист РФ, художественный руководитель – директор Мытищинского театра кукол «Огниво», член Совета по театрам для детей и театров кукол СТД РФ, сопредседатель правления ЦДРИ, Президент Российской ассоциации «Театр кукол – XXI век», советник от России при Генеральном секретаре UNIMA (Международный Союз кукольных театров).

Платонов Виктор Леонидович

- Театральный художник-постановщик, сценограф, заслуженный художник Российской Федерации, лауреат Премии «Золотая маска», член Союза театральных деятелей России, главный художник Московского Детского Театра Теней.

В большом зале театра кукол в 16.00. состоялось театрализованное закрытие фестиваля. В зале присутствовали учредители фестиваля, многочисленные гости и участники. В течение всего вечера сцену украшал  детский хореографический коллектив «Шоу-Дэнс», руководитель Александра Лалетин, а «подогревали»  общую атмосферу  торжественного закрытия выступления театров-гостей.

Стоя перед кораблем с алыми парусами ведущие вечера капитан  Грей (Михаил Никулин) и Ассоль (Надежда Чеблукова) по  мере оглашения победителей, приглашали на сцену членов фестивального жюри. Они и награждали поочередно победителей дипломами лауреатов и памятным специальным призом фестиваля - «Петрушкой». В награждении дипломантов подарками, так сказать, собственного изготовления» стал сопричастен наш постоянный спонсор – фабрика игрушек «Весна». Итак, номинанты были объявлены во всеуслышание.

В номинации «Лучший спектакль» (Гран-при фестиваля) победил спектакль «Крошечка-Хаврошечка», режиссер Елена Евстропова, Кемеровский театр кукол.

В номинации «Лучшая режиссура» победил спектакль «Сказка о рыбаке и рыбке», режиссер-постановщик Павел Овсяников, Волгоградский театр кукол.

В номинации «Лучшая актерская работа» за роль Гудвина в спектакле «Волшебник Изумрудного города»  был награжден   народный артист РФ и народный артист РБ Айрат Ахметшин,  Башкирский  театр кукол, г. Уфа

В номинации «Лучшее художественное оформление спектакля» победил спектакль «Волшебное кольцо», художник-постановщик, заслуженный работник культуры РФ Сергей Перепёлкин, Тюменский театр кукол.

В номинации «Лучшее музыкальное оформление» победил спектакль «Крошечка-Хаврошечка», Кемеровский театр кукол.

В номинации «Лучший актерский ансамбль» победил спектакль «Сказка о рыбаке и рыбке», Волгоградский театр кукол.

В номинации «Сохранение традиционной театральной формы на современной сцене» победил спектакль «Костюм Арлекино», Итальянский театр кукол, г. Аренцано.

В номинации «Лучшее актерское партнерство в работе с куклой» победил спектакль «Спящая КАРсавица», Чувашский театр кукол, г. Чебоксары.

В номинации «Лауреат профессиональных зрительских симпатий» победил спектакль «Крошечка-Хаврошечка», Кемеровский театр кукол.

Специальный приз жюри фестиваля «Яркое представление спектаклей театров-участников фестиваля» Кировский театр кукол имени А.Н. Афанасьева.

На этом Международный фестиваль театров кукол «Вятка – Город Детства» завершил свою работу. Гости и участники фестиваля попрощались с гостеприимным театром кукол имени А.Н. Афанасьева, с Вяткой, ставшей для них символическим «Городом Детства». Пройдет два года, фестиваль вновь поднимет свой праздничный алый флаг. Полный вперед на всех парусах!

Дневник фестиваля вел Андрей Антонов

 

 

 

 

 


<< назад



(c) Кировское областное государственное автономное учреждение культуры «Кировский театр кукол имени А.Н. Афанасьева»
610000, г. Киров, ул. Спасская, 22, телефон (8332) 411-499, телефон кассы (8332) 220-499
Сайт разработан в Маунтин Сайт, Дизайн - Анна Кривошеева.