«ВСЕ СТРАНЬШЕ И СТРАНЬШЕ»


30 марта в театре кукол состоится премьера спектакля «Алиса в Стране чудес».  Сразу вспоминается и другая книга Кэрролла «Алиса в Зазеркалье», почему бы тогда нам не поговорить на тему «Алиса в Закулисье» вместе с мастером бэкстейджа Максимом Котельниковым?  Это созвучно его профессии, когда человек готовит спектакль, он тоже в некотором смысле пребывает как Алиса-зритель в Закулисье. Малоизвестная сторона театральной жизни всегда будет интересна.

Зрителей весьма привлекает то, что скрыто от глаз. Как официально называется твоя таинственная  должность?

Полное название звучит так: заведующий художественно-постановочной частью театра.

Когда ты пришел в театр кукол? Что необходимо, чтобы спектакль состоялся?

В театре кукол я работаю четырнадцатый год. Для спектакля нужно очень многое!  Необходимо подготовить декорации, реквизит, поставить свет, звук. Завпост, так кратко называется моя должность, объединяет все службы и цеха театра. Он осуществляет контроль над выпуском спектакля и его показом (прокатом)  на других сценических площадках.  

  

Что тебя удивило в театре кукол в самом начале или все было ожидаемо?

Так сложилось, что до своей работы в  нашем театре кукол я  никогда не был на спектаклях театра кукол. Ни разу!  Но войдя в него, я сразу к театру прикипел! Было много нового, интересно было учиться, осваивать театральное дело.

Максим, сейчас полным ходом идут репетиции спектакля «Алиса в Стране чудес». Скажи, ты чувствуешь некоторую одинаковую заданность ситуации между твоим пребыванием в «Закулисье» и бытованием, присутствием Алисы в Стране чудес? То есть ощущаешь ли ты себя в «Зазеркалье», не становится ли тебе, говоря словами самой Алисы, с каждым годом «все страньше и страньше»?

Скорее всего в какой-то то мере – да. Но, наверное, лишь в плане ребусов загадок и «чудес». Ведь в сказке девочка Алиса уснув на полянке попадает в Страну чудес и все, что с ней происходит, ей кажется настоящим, мы же не спим и своими руками делаем так, чтобы сказка ожила и стала интереснее зрителю. А по поводу «все страньше и страньше» есть такое ощущение, но к нему можно лишь  добавить:  хочется понять и узнать, а что ж нас дальше будет ждать в театре да и в жизни?

Как ты думаешь, спектакль «Алиса в Стране чудес» будет актуальным для подростков? Если да, то чем?

Спектакль  станет актуальным для подростков и не только для них.  Почему – точно не скажу, каждый посмотревший найдет в нем что-то свое, может быть, в целом, а может, почерпнет нечто важное у одного из персонажей. Думаю, наш спектакль получится удачным и проживет долгую жизнь.

Что для тебя самое сложное в подготовке спектакля для сцены?

Весь процесс подготовки сам по себе сложный. Изначально он начинается с приема эскизов, с технического совета. А самое важное это найти общий язык с режиссером-постановщиком, быть на одной волне, чтобы работа шла легче.

А если не найдешь?

Всякое бывает. Приходится тогда через тернии пробиваться, например, убеждать на репетициях, что исходя из параметров нашей сцены такую-то вещь лучше разместить в другом месте, скажем, повыше. Есть технические, проверенные временем правила, как, например, должны правильно висеть кулисы, чтобы они не мешали  световикам работать со световым оформлением спектакля.  Есть и другие требования к правильной подготовке  спектакля.

Было  так, что занавес падал?

Бывает, что   нужно начинать спектакль, а занавес не открывается.

И что тогда делать?

Для этого существует экстренное, ручное управление. У нас в театре до этого не доходило, срабатывала дублирующая система.

Можно ли в каком-то крайнем случае полностью подготовить сцену к спектаклю минут за десять- пятнадцать?

Это зависит от объема декораций, от условий сцены. И немаловажный момент – человеческое отношение. Всегда можно постараться, но, конечно, бывают такие форс-мажорные обстоятельства, скажем, по причине болезни актера, когда необходимо один спектакль срочно заменить на другой, тогда, хочешь не хочешь, все делаешь максимально быстро. В профессиональном плане это помогает просчитать время для подготовки сцены на будущее.

Тебе приходиться ездить с театром на гастроли. Замечаешь там какие-нибудь особенности, наработки, чтобы потом испытать их на родной сцене?

В каждом театре есть свои плюсы и минусы. Порой да, встречаются некоторые новые театральные технологии, которые хочется применить у себя. К примеру, в одном театре мне понравился световой занавес. Он отсекает сцену от зрительного зала с помощью света. А появление из него актеров, кукол, декораций получается очень неожиданно, захватывающе для зрителей. В нашем театре кукол техническое оснащение современное, но всегда хочется большего, хочется не останавливаться на достигнутом. И еще добавлю: использовать на все 100% технические возможности сцены удается не каждому режиссеру. Для этого нужен талант. Из последних примеров, питерский художник по свету Яна Бойцова выжала все максимально   из нашего светового оборудования для малого зала в спектакле «Сказка о рыбаке и рыбке».  У Яны  еще до конца сдачи уже была готова  световая  партитура всего спектакля. Это я и называю профессиональным подходом в работе. Нашим световикам было интересно вместе с  ней работать над полномасштабной  постановкой света.

Приходилось тебе внезапно заменять на какое-то время актера-кукольника во время спектакля, куклу подержать?  

Заменять не заменять, а подержать куклу, конечно, было. И не один раз. Были от этого радостные чувства в душе, что-то хотелось сделать с куклой, но понимал,  что самому ничего делать нельзя. Если была бы возможность, с удовольствием сделал бы  какую-нибудь импровизацию.

У тебя в 2018 году была небольшая роль живого плана в спектакле «Уличный кот по имени Боб». Было страшно на сцену выходить?

Это была вторая роль. Первую роль режиссер Борис Константинов дал мне в спектакле «Палата № 9» тоже живым планом. Это была роль Цирюльника с одной  большой фразой и танцем. После первой премьеры «Палаты» мандраж был невероятный. Стоял в конце спектакля на поклоне со всей труппой и ждал, чтобы занавес скорей закрылся, ноги стали ватными.  В спектакле «Уличный кот по имени Боб» я волновался еще больше. В нем у меня небольшая роль со словами. Некоторые, конечно, посмеивались над моими сценическими усилиями, но режиссер считает, что с ролью я справился. Ощущения, когда находишься на сцене в качестве актера, совсем другие, нежели, когда ты монтируешь декорации, хотя везде есть свои плюсы.

Немалое число актеров начинали свой путь в театре с «монтировки». Есть у тебя желание в театральном процессе, пусть изредка, принимать актерское участие?

Есть. Иногда можно принимать. Это любого человека творчески обогащает, дает почувствовать перспективу в театральном деле.

Как у завпоста у тебя есть «любимые» спецэффекты  в спектаклях? Дым, какие-нибудь особенные звуки, световые проекции? Нравится выстреливать из пушек конфетти?  

Пушки с конфетти мне нравятся. Они эмоционально будят зрителя. Но «любимых» спецэффектов у меня нет.  Как может быть дым «любимым»? Мне все нравится, что к месту, что хорошо работает на спектакль.

Приходится иногда за кулисами создавать какие-то специальные звуки во время спектакля, крики, стуки, шум?

Иногда, да, например, во время спектакля «Кентервильское привидение» я стучу по металлическому тазику, звеню осколками бутылок, создаю звуковой образ привидения.

А тогда чувствуешь себя тоже немного привидением? Никто тебя не видит за кулисами, а ты тут гремишь, стучишь.

Чувствуешь себя немного шалуном.

Есть для тебя кардинальная разница в восприятии спектакля из зала по сравнению из-за кулис?

Когда смотришь спектакль как зритель из зала, то вникаешь в пьесу, в суть происходящего, а когда сбоку, из-за кулис, то находишь разные нюансы, переходы в актерской работе, возможности что-то улучшить. Главное с профессиональной точки зрения, чтобы работало все хорошо и не было накладок. Более такое отстраненное восприятие получается, нет такой полной радости как у зрителя.

Кто твой любимый театральный режиссер, спектакль?

Слишком любимых, чтобы выделять кого-то одного, таких нет. Есть несколько, например, Борис Константинов, главный режиссер театра Образцова. В нашем театре драмы мне нравились режиссерские работы Павла Исайкина. Борис Константинов всегда четко ставит для всех  задачи, для актеров, для цехов, для постановочной части.  Он прислушивается к любому мнению, готов идти на компромисс, если это стоит того. Исайкин тоже пытался так делать на сцене.

В нашем театре кукол мне нравился спектакль «Маленькая фея». Жаль, что сейчас он уже не идет.  И, конечно, спектакль режиссера Вадима Афанасьева «Солдат, Купец и черти». Это – несомненно! «Доктор Айболит» тоже был востребованный зрителями спектакль. Он был хорош в качестве рабочей лошадки. «Айболита» можно, кстати, восстановить в афише, его материальная часть в полном порядке.

2019 год объявлен в России Годом театра. Что бы ты сделал для заведующих художественно-постановочной частью, если бы мог в их работе что-нибудь изменить к лучшему?

Наверное, лишь одно: хочется больше общения между завпостами театров, творческих командировок для обмена опытом. И не только между театрами в своем городе, а по всей стране. Может быть, и громко сказано, но  хочется и зарубежный опыт тоже перенять.  

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            Андрей Антонов


<< к списку новостей




(c) Кировское областное государственное автономное учреждение культуры «Кировский театр кукол имени А.Н. Афанасьева»
610000, г. Киров, ул. Спасская, 22, телефон (8332) 411-499, телефон кассы (8332) 220-499