ДНЕВНИК ФЕСТИВАЛЯ: ДЕНЬ ТРЕТИЙ



Третий день фестиваля, золотая середина, оказался по-настоящему «золотым» для зрителей. Каждый из трех спектаклей, показанных сегодня на Большой и Малой сцене выделялся чем-то особенным, сверкал какой-то оригинальной и яркой гранью.

Празднично-рабочий день фестиваля начался с замечательной лекции Алексея Гончаренко (члена жюри фестиваля, главного специалиста Кабинета театров для детей и театров кукол Организационно-творческого отдела Центрального аппарата СТД РФ) «О современном театре для детей». Он рассказал о новых тенденциях в развитии детского театра, сопровождая рассказ видеовставками по теме. Основными направлениями театровед Алексей Гончаренко назвал: бэби-театр, сторителлинг, визуальный театр, современная детская литература, новое пространство + квазидокументалистика, социальный театр + цирк.  А с 10 часов утра начались показы фестивальных спектаклей.

В дневной перерыв жюри фестиваля и часть театральных коллективов приняли участие в двухчасовой экскурсии по древней Вятке. Она началась у кировской телевышки и завершилась у храма Феодоровской иконы Божией Матери.  

Перед каждым фестивальным показом актеры Кировского театра кукол делают подводки, короткие остроумные сценки, связанные со спектаклем темой и жанром, помогающие зрителям настроиться. Так было и сегодня.

Принцесса держит свое слово, данное Королю. Она смотрит все спектакли и часто сама принимает участие в театральных подводках.  Но пока молчит, что у ней на уме никто не знает. Однако, ведь если смотрит, то скорей всего что-то да нравится? Верно?

Малый зал, О. Мандельштам «Рояль и два трамвая», Санкт-Петербург, театр «ТриЧетыре».

Первая строчка в стихотворении самая важная, она задает ритм, размер, от нее отталкивается поэт, чтобы сочиняет дальше. Поэтому так важно самое начало спектакля «Рояль и два трамвая», созданного по малоизвестному стихотворению Осипа Мандельштама.

Спектакль начинается буднично и просто, как многое прекрасное в мире: городская улица, слышно, как гудят машины, на остановке сидят трое (девушка и юноши, живой план) ждут общественный транспорт, его долго нет, они немного нервничают, четвертый гражданин стоит чуть вдалеке, слушает хрипящий радиоприемник.  Какофония звуков, перекличка голосов, но постепенно из этого несогласованного звучащего фона, даже «ап-хчи» одного из будущих пассажиров идет в дело, рождается музыка. Она заполнят зрительный зал, отзывается в сердце. И тогда огромный рояль, стоящий в тени, освещается светом и раскрывается, как нотная тетрадь, как разлинованный блокнот для стихов. И ты понимаешь, что две огромные половинки рояля, как две половинки сердца, поставленные вертикально, тут пригодятся по полной.

На одной из крышек рояля появляется, а лучше сказать, рождается видеопроекция стихотворного текста, происходит что-то странное, небывалое.  Один из актеров встает со скамейки и начинает, словно он поэт, сочинять стихи! И вдруг на сцену, прямо к остановке, медленно подъезжает трамвай. Какой же он маленький, совсем игрушечный, по-детски трогательный и беззащитный. Кажется, что сейчас он свернется клубочком и замурлыкает от удовольствия. Его так и подзывает к себе один из актеров: «кыс-кыс-кыс». А за ним выезжает второй трамвайчик, точно такой же – кукольный, крохотный, умещающийся на двух ладонях, с уютными огоньками внутри, теплый такой. Хочется немедленно забраться в такой трамвай и поехать, хоть на край света. В тебе просыпается нечто могучее из твоего босоногого детства, чему невозможно противиться, рот невольно расплывается в улыбке.  

У трамваев оказывается есть имена. Их зовут – Клик и Трам. Они двоюродные братья и очень разные. Клик - молодой трамвай, немного грустный. Трам - постарше, он опытней, да и оптимизма у него побольше.    

Герои спектакля дружно вскакивают со скамейки, мгновенно превращая ее в дорогу, все дела забываются напрочь – начинается классическая игра «в машинки». Поехали! Бабах! - стукнулись! Стихи звучат, как надо.

Девушка становится «мамой-улицей». Она берет по очереди каждый трамвайчик и сажает к себе на пальто. Трамвайчики замирают от счастья и медленно двигаются вверх. А «мама-улица» гладит их по железным головкам, «мальчики мои», говорит. Это очень нежная, тихая сцена в спектакле. Пишешь об этом сейчас, получается - повидло, а вот, сидя в зале совсем другие чувства охватывают сердце, такие светлые, неумышленные, что ни с кем делиться ими не хочется. Они твои и только твои. Тебе их подарил, словно сам поэт.

Трамваи Клик и Трам, точно дети, шумят, звенят наперегонки, подбирая на остановках пассажиров, бегут друг за другом, меняются лики города, то мелькнет Адмиралтейство, то Гостиный двор, то медный памятник, то еще что-то знакомое, близкое. В спектакле появление этих примет Санкт-Петербурга обыгрывается разными способами: и плоскими фигурами, и теневым театром, даже просто городскими звуками. «Улица-красавица, всем трамваям мать» смотрит на своих «мальчиков» с высоты, улыбается.  И мы зрители, тоже (и уже в который раз!) улыбаемся вместе с ней неизвестно чему.  А стихи продолжают звучать и зовут нас дальше!

Остроумно придуманы образы всех персонажей стихотворения. Появляется Точильщик. Он едет на своем толстом точильном диске, крутит педали, словно на моноцикле. И поет, стихи читает! Разве забудешь такого?

Или выходит Метельщица, нет, не дворник, а именно Метельщица, что улицу подметает. Она в длинной черной юбке, потряхивает черными кудрями, зыркает в зал антрацитовым глазом, метет улицу под старинную испанскую песню.

Анна Константинова (член жюри фестиваля, театровед, театральный критик, член UNIMA. Член экспертного совета Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой Софит» и Российской национальной театральной премии «Золотая маска») на сегодняшнем «разборе полетов» высказалась:

«В стихотворении Мандельштама богатый образный ряд, множество анахронизмов, точильщик, метельщица. Это хороший культурологический момент для игры со зрителем. Мне это было жутко интересно. Утюг на углях, плита дровяная. В спектакле есть вещи, что дорогого стоят. Трамвайчики на веревочках, как живые, огоньки зажигают».

Кукол в спектакле много, все они сделаны мастерски, с индивидуальными чертами лица, у каждой куклы свой оригинальный костюм.

Несутся мимо, мимо, старинные здания, городские кварталы, летят по рельсам, как по струнам, звонкие трамваи Трам и Клик, объезжают контуры двух половинок рояля. Радости - на целое облако! Ведь, что такое трамвай? Это маленький поезд, мечта, зовущая в даль светлую, почти, что «Голубая стрела». Не надо его бояться, Матрена Захарова.

Но заигрались трамваи и потеряли друг друга в городской толкотне и гаме. Ищет Трам своего брата Клика, но нигде не находит, спрашивает у дома:

– Ты скажи, семиэтажный

Каменный глазастый дом,

Всеми окнами ты видишь

На три улицы кругом,

Не слыхал ли ты о Клике,

О трамвае молодом?  

Дом ответил очень зло:

– Много здесь таких прошло.

Похоже это был тот самый, «всевидящий» Большой дом, что стоит на Литейном проспекте. Зря его Трам побеспокоил, страху только нагнал. Много струн-рельсов прозвенело под колесами Трама, прежде чем он нашел своего брата Клика. Молоденький трамвайчик от беготни так устал, что даже номер свой забыл.

От стука и звона у каждого стыка

На рельсах болела площадка у Клика.

Под вечер слипались его фонари:

Забыл он свой номер – не пятый, не   третий...

Смеются над Кликом извозчик и дети:

– Вот сонный трамвай, посмотри!

Старший Трам берет младшего на прицеп и тащит домой, в депо. Трам такой сильный, он - Трамвай. Трам ничего не страшится и не потому, что он железный. Он чувствует, что может, если надо, прицепить к себе целый город, потащить за собой целую планету. Вы только скажите, он сможет. Звенят, бегут трамваи по ночным улицам. Музыка звучит. И ты понимаешь уже совершенно точно этот чудесный образ Города, как огромного, грандиозного рояля, по струнам-рельсам, которого стучат своими колесами-молоточками Клик и Трам.

Спектакль «Рояль и два трамвая» режиссера Натальи Лебедевой и художника Ольги Петровской нельзя назвать просто вольной иллюстрацией детского стихотворения поэта. Создатели спектакля идут к поэтическим истокам, расширяют творческую площадку всеми доступными театральными средствами, чтобы высветить трогательную красоту стихотворного текста, звучащую в нем музыку любви и нежности, заботы и сострадания, посреди безжалостного лязга и шума Железной эпохи.

Для Кирова трамвай – это фантастика! Трамваи по нашему холмистому городу не ходят. Может быть, еще и поэтому с такой любовью и теплотой приняли маленькие зрители этот замечательный спектакль о трамвайчиках.  И не только маленькие зрители.

Над спектаклем работали:

Режиссер-постановщик - Наталья Лебедева

Художник-постановщик - Ольга Петровская

Композитор - Антон Алексеевский

Роли исполняли:

Клик, Чистильщик  -  актер Илья Ампилов 

Настройщик рояля, Полотер  -  актер  Дмитрий Лемешев

Трам, Точильщик - актер Илья Лисицын

Портниха, Метельщица, Мальчик -  актриса Марина Вершинина

Большой зал, «Свифт», Франция

Французские кукольники из Марселя показали на фестивале спектакль «Свифт» по произведению английского писателя Джонатана Свифта. Театральная работа у них получилась символичная, многоплановая; удивительно тихая, наверное, для того, чтобы каждый зритель погрузился в себя вместе с героем спектакля и нашел что-то главное и цельное, нераздробленное суетой жизни, какую-то молчаливую сердцевину себя самого. Именно поэтому для спектакля совершенно не потребовалось перевода, а те немного слова, что звучали на французском, были понятны из общего художественного контекста постановки, световых проекций.

Дети - точный камертон. Сегодня наши маленькие зрители многих взрослых приятно удивили тем, с какой отзывчивостью они отнеслись к чужеземному образному языку. Дети начинали хлопать, когда к этому располагал какой-то эпизод в спектакле, замирали, восхищались, радостно пугались. Все было уместно. Спасибо, ребята.

Валерий Шадский (Председатель жюри фестиваля, художественный руководитель Рязанского областного театра кукол и Международного фестиваля театров кукол «Рязанские смотрины», член Международного совета Международного союза деятелей театра кукол (UNIMA), заслуженный деятель искусств Российской Федерации, г. Рязань):

«Режиссер, художник, композитор все точно построили. Нам, зрителям, было все понятно. Это был сон, творческое видения писателя. История произошла. Спектакль «Свифт» вызвал неожиданные чувства и мысли. Такой спектакль у нас в России увидишь редко. Он имеет потенциал для развития. Хорошо раскрыли автора, современно».

«И корабль плывет»

Действительно, история, рассказанная со сцены французскими кукольниками, по своей сути на первом, предметном плане ясна для любого ребенка.

Живет человек, ходит, ест, спит, сидит на красном стуле, мечтает, пытается познать  мир, вселенную. Временами он ощущает себя великаном среди лилипутов, а иногда, напротив, маленьким «гарантийным человечком» среди огромных великанов. Визуально, при помощи современной мультимедии эти чувства переданы убедительно. Проекция, теневой театр справились с этой задачей. 

Человек отправляется в путь. Он плывет по своим внутренним морям и океанам. И вдруг случается «кораблекрушение души». Его выбрасывает на берег. Он долго лежит, приходит в себя; потом, то ли из разрозненных частей корабля, выброшенных волнами на берег, то ли из мусора, бутылок, досок, каких-то непонятных обломков, человек строит целый город, с домами, с неоновой рекламой. По городу начинают ездить машины, закипает своя чужая жизнь.  И он, человек, в этом городе получается очень большой. Он здесь «царь и бог». Все тут крошечное, и небоскребы, и люди, и, наверное, их чувства и мысли. Ничтожно все! А он большой, великий, несокрушимый духом. Хорошие такие, приятные чувства.

Но вот, что-то случается в Реальном Мире, может быть, человека просто обругали в очереди, облила грязью, проходящая машина, не поздравили с праздником – и все! Снова плавание по внутренним морям. И вновь берег незнакомый, чужой. А вокруг топают великаны, пугают. Ездят чудовищной величины машины. У них жизнь - прекрасная!  Гигантские дворцы, океанские яхты, сверкающие автомобили, красивые женщины ростом до небес с длинными ногами, как сосны.  А ты никто, ты – «раб, червь», пустое место. Тебя может насмерть задавить упавшая чайная ложка в этом мире, муха может легко забодать. Ты - маленький, ты ничтожный, твои мысли точно такие же – микроскопические, никому до них нет дела.

Как тут жить? Где ты был настоящий? В мире лилипутов или в стране великанов? Пойди , узнай.

Однако визуализации в спектакле лишены лобовой дидактичности. Они не грузят, а только интригуют зрителя. Есть во французском «Свифте» какая-то особая притягательность, продуманная недосказанность, выверенная загадочность. Это большой плюс.

Анна Константинова (член жюри фестиваля, театровед, театральный критик, член UNIMA. Член экспертного совета Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой Софит» и Российской национальной театральной премии «Золотая маска»):

«Меня в спектакле подкупило то, что называется - трэш. Из какого-то мусора создается мир. На сцену выходит дядька, который никого не играет. Он скорее работает, как оператор, как опытный перформер. Это вызывает уважение. Режиссеру удалось в спектакле передать сам дух свифтовской книги, а не букву. В нем много ассоциативного, завораживающего. Как этот человек будет строить город из мусора? Как он будет дальше жить на земле среди этого хлама?  Тема экологии тут тоже есть».

Алексей Гончаренко (член жюри фестиваля, главный специалист Кабинета театров для детей и театров кукол Организационно-творческого отдела Центрального аппарата СТД РФ):

«Этот спектакль для любого возраста. Дети и взрослые, каждый зритель будет считывать свой смысл, видеть свой сюжет. Французская команда берет точный материал, тут, кроме темы экологии, еще много других: урбанизации; бежать или не бежать из этого мира; почему человек один в этом мире, где все остальные люди? Почему так получилось? Кстати, мораль, прозвучавшая на русском языке в финале, тоже есть, если хотите – принимайте ее. Но вариативность ответов в спектакле существует».

Да, мораль в спектакле была. «Я испытывал жажду, - говорит протагонист в самом конце визуальной притчи, - но эту жажду не утолить никогда. Я, сидя на своем красном стуле, могу путешествовать, где угодно. Могу странствовать, не двигаясь. А могу, находясь в бесконечном движении, оставаться внутри себя совершенно неподвижным. Все зависит от меня самого».

Спектакль «Свифт» провоцирует (в хорошем, бахтинском смысле) современного человека искать ответы, находить самого себя, свое место в мире, свои «сани», свой размер. И Большая сцена для этого спектакля в самый раз!

Над спектаклем работал:

Режиссер- постановщик, художник и композитор:  Cenci Fabrizio
Роль исполнял:

Свифт - Paolo Cardona

Малый зал, Б. Шергин, «Шиш, или Как мужик с царем поссорился», Рыбинский театр кукол.

На сцене малого зала стоит большая телега без колес. Одно колесо лежит поодаль. Высоко над телегой на толстой палке качается пустое гнездо аиста. Колесо судьбы, куда кривая выведет, Гнездо жизни, чем наполнится? Такие дивные мысли приходят. Тихо. И вот начинает звучать мелодия. Пора бы актерам появиться на сцене. Где же они? И тут замечаешь, что на телеге кто-то шевелится. Ого, появляется статная баба! Рядом с ней еще кто-то копошится под толстым покрывалом, высовывается рука, нога, а потом и целый мужчина в жилетке и с артистической бабочкой на шее выходит на свет Божий, под ясные очи софитов.  А чуть погодя из-под телеги раздается стук и выползает румяная дева. Вся семья актеров-странников проснулась: папа, мама и дочка. Так забавно начинается спектакль рыбинского театра кукол по мотивам известного сказа архангельского сказочника Бориса Шергина «Золоченые лбы».

Недолго думая, видя, что почтенная публика уже собралась, семейный театр начинает «сказывать» историю в образах и лицах. И получается здорово! Есть-то всем хочется.

Папаша с мамашей ставят на телеге из лопаты и вил ширму. Звонок к спектаклю - удар по крышке кастрюли. Покрыли синим полотнищем телегу спереди, вот тебе и волнительное море получилось, зрители помогайте волновать. Подняли часть тележной перегородки – царские палаты вышли. Дворец – из ватина, окно – одеяло. Хитро придумано.

Рассказчики постарались на славу. Короткая шергинская история о досаде, учиненная ушлым мужиком не сильно умственному царю, получилась у рыбинских кукольников веселой, складной, без ненужных подробностей; воплотила мягкий юмор поморского автора, показала красоту архангельского говора в  возможной театральной первозданности.

Пересказывать «Золоченые лбы» – полная несуразица. Стиль писателя не перестилить, лучше, чем он сам не скажешь. Поэтому все перипетии сюжета и твист с «золочением лбов» женской половине царского дома лучше опустить. Не в этом сильная сторона шергинского сказа.  Главное действующее Лицо в нем, а потом и в спектакле, несомненно, Язык Русского Севера. Богатый, сочный, жизнерадостный какой-то в самой своей глубине и основе. Плотский язык слова сказа произносит и от радости сам щелкает, летает, словно песню поют, мудростью делится. Вот за эту точную трансляцию живого духовного опыта, заключенного в речи и присказках героев, в словах поморского сказителя, хочется и нужно поблагодарить всех актеров спектакля!

В спектакле много интересных режиссерских находок, отличных художественных решений. Актеры-рассказчики, играют и живым планом, и куклами-марионетками. Без суеты, толково, с профессиональной открытостью к любому возможному интерактиву со зрителями.

Над спектаклем работали:

Автор инсценировки: Петя Трофимов

Режиссёр: Алексей Смирнов

Художник: Екатерина Петухова

Композитор: Александр Леонов

Роли исполняли:

Мужик Шиш, Царица - актер Александр Быков

Царь, Матрена, - Заслуженная артистка Наталья Котова

Фрейлина,  Коза, Бабушка - актриса Екатерина Мясоедова
 

Андрей Антонов 

 

<< к списку новостей




(c) Кировское областное государственное автономное учреждение культуры «Кировский театр кукол имени А.Н. Афанасьева»
610000, г. Киров, ул. Спасская, 22, телефон (8332) 411-499, телефон кассы (8332) 220-499